Книга Новогодняя сказка для ведьмочки, страница 62 – Елена Казанцева

У того челюсть отпала, глазюки повылазили, он даже хромать перестал, вот как стресс моментально лечит.

— Я — труп? — Ярослав смотрит на меня как на умалишенную. Не, тут не я одна такая, походу тут целая группа в форме приехала, все со справками от психиатра.

— Вы труп, Ярослав, вот господин полицейский это может подтвердить, — я указываю на офицера. — Выходит, что я тебя забила до смерти молотком, правда не знаю, что послужило поводом, но это второстепенно.

Офицер кашляет, рукой трет шею, будто ему натирает воротник, и спрашивает у Ярослава: Документы ваши можно посмотреть?

Ярослав роется в кармане пуховика, достает права и подает их офицеру.

Тот крутит права в руках, кашляет, отводит глаза в сторону и говорит: Да, нехорошо вышло!

— Капитан, там нет частей трупа, — в дом входят мужики в камуфляже и резиновых перчатках, на их лицах маски.

— Отбой! Трупа нет, уходим, — офицер командует, и Омон всем составом выходит из дома.

— Простите меня за любопытство, но не скажите ли мне, а кто вам сообщил о трупе в этом доме? — Ярослав язвительно улыбается, такое ощущение, что он уже знает, кто это мог быть.

— Нам сообщила гражданка Ростова Алёна Степановна, она видела, как гражданка Романова выносила черные пакеты к мусорным контейнерам.

— Ах, Алёна! Вы не уезжайте, пожалуйста, сейчас вы получите свою расчлененку! Юля, черные пакеты еще остались? Давай пилу и молоток, пойдем Алёну забивать и расчленять! — глаза Ярослава горят праведной местью, если бы не я, то точно быть Алёне сегодня трупом.

— Да вы не переживайте, девушка за ложный вызов будет отвечать по всей строгости закона.

— Да мне плевать, чем эта девушка будет отвечать, а вот кто двери на место поставит! Вы детей перепугали до смерти! За это кто отвечать будет? — орет на офицера Ярослав.

Офицер пытается оправдаться, что-то мямлит, объясняет Ярославу, что можно подать жалобу и куда, но мне от этого не легче.

Через минуту в дверях вновь появляется омоновец: Капитан, мы тут гражданку Ростову нашли, она походу пьяная, лыко не вяжет, что с ней делать будем?

— В КПЗ ее отвезите, утром разберемся.

Офицер разворачивается и, кинув нам на прощанье «подавайте жалобу», уходит.

Я стою босая, ноги заледенели, по дому свищет ветер, на улице не лето.

— Собирай детей, Юля, они вам вынесли двери с частью стены, сегодня это вряд ли можно исправить, переночуете у меня.

— Ярослав, мне как то неудобно…

— Юля! Что значит неудобно, ты хочешь детей заморозить! Живо собирайтесь!

И семеню наверх, одеваю детей, Ксюху приходиться просто завернуть в одеяло. Пока я копошилось, Ярослав уже вызвал ремонтников. Те топчутся у дверей, разводят руками, что-то пытаясь втолковать.

Наконец, мы выходим.

Да, ужас, просто ужас. Наши двери снесены и валяются в кустах, из косяка выпало несколько кирпичей, поврежден фасад. Они что, гранату сюда бросили? Чем можно было так повредить дом. Слов нет.

Но Ярослав что-то командует, мужики тащат дверь, что-то долбят, надеюсь, завтра мы переедем обратно.

Ярослав размещает нас по гостевым комнатам. А я стою на лестнице, и в моей голове всплывают воспоминания, как мы с Анжелкой ввалились в его спальню и устроили там погром. От таких воспоминаний щеки начинают наливаться румянцем.

— Ну, Юля, расположение комнат ты знаешь, — Ярослав хитренько так улыбается. Он на что-то намекает, не обломится, пусть даже не надеется…