Книга Одиночество вдвоем или любовь на пятерых, страница 44 – Елена Казанцева

И тут запиликал телефон. Она взглянула на экран смартфона и улыбнулась. Звонил ее Кирилл.

— Настена, привет, — тихо он произнес в трубку.

— Привет, — ответила она ему и засмеялась, ей так приятно было его слышать, словно от звука его голоса в душе распускались цветы.

Воскресенье не задалось с утра. Чуть ли не в девять утра к воротам Кирилла подрулила Газелька, подвыпивший шофер открыл задние дверки и начал что-то выгружать.

— Мужик, ты чего разгружаешь? — крикнул с крыльца на водителя Кирилл.

— Чего заказали, то и выгружаю, — отбрехался мужик и, пыхтя, вытащил из нутра своего авто что-то красное и длинное.

— Это что? — удивленно спросил Кирилл, но мужик, выгрузив, ловко вскочил в кабину авто и дал по газам. Только в воздухе повисло облако выхлопных газов. Кирилл поморщился и пошёл смотреть.

Сначала он ничего не понял, но чем больше он осматривал груз, тем сильнее вылезали у него глаза. Водитель Газели выгрузил перед его воротами гроб.

У Кирилла даже промелькнула в голове, что кто-то сильно над ним пошутил. Но через пару минут он отмел эту догадку, потому что к нему бежала соседка с дальнего участка, баба Клава.

— Ой, етить колотить, — орала она на всю округу. — Черт лысый, совсем ополоумел, куда выгрузил то.

Бабка причитала, всплескивая руками и качая головой.

— Баба Клава, тебе на черта гроб нужен? — удивился Кирилл.

— Ой, милок, это уцененный товар, я впрок купила, — продолжала причитать бабка. — Со скидкой продавали домовину, новую то, где я за такие деньги гроб себе куплю?

— Баба Клава, вы чего, помирать собрались? — выпучил на нее глаза Кирилл.

— Типун тебе на язык, я «ешо» сто лет проживу, — махнула на него платком баба Клава.

— Так гроб то зачем?

— Сказано ведь, по дешёвке купила, с дисконтом, — припомнила модное слово баба Клава. — Вот ведь стервец, выгрузил не гладя, как я домой его утащу то теперь?

Бабка причитала, нарезая круги вокруг гроба.

— Милый человек, может, ты мне поможешь, гроб до дома дотащить? — бабка уставилась на него старческими, подслеповатыми, слезящимися глазенками.

— Бабка, ты в своем уме, тут нужны два человека, — возмутился Кирилл. — Ты мне не помощница, сама загнешься, пока дотащим.

— Так я немного помогу тебе, — бабка хватает его цепкими пальчиками за руки. — Ты вон какой сильный.

У Кирилла проскользнула мысль: Бабка опытный манипулятор.

— Найди второго человека, и мы дотащим тебе его до дома, — упирается Кирилл.

— Да кого я тут найду, в нашем околотке почитай ты, я и соседка твоя, остальные участки все брошенные.

— Баба Клава, я могу только волоком дотащить, гроб товарный вид при этом потеряет, — пытается втолковать назойливой старушке Кирилл.

— А давай мы его тебе на закорки накинем, так-то гроб не тяжелый, — не отстает бабка.

Они перепираются еще полчаса. Потом мимо них семенит председатель, но услышав, что надо что-то тяжелое тащить, тут же исчезает, сославшись на разболевшуюся грыжу. Они спорят еще несколько минут. Но начинает накрапывать дождь. Бабка переходит на плач, гроб под дождем намокнет, потом рассохнется и потрескается. Не выдержав, Кирилл соглашается дотащить многострадальный гроб до бабкиного дома.

Он обошёл вокруг странной конструкции, пока не понял, что крышка гроба прибита гвоздями снизу, к днищу ящика. Гроб теперь напоминал кашпо для цветов с поддоном, где роль поддона выполняла крышка. Кто додумался до столь странной конструкции? Одному продавцу данного изделия было известно. И сейчас гроб стоял открытым, а под ним была его крышка. Вложено все, как в матрешке.