Книга Измена. Развод. Смерть, страница 66 – Елена Казанцева

Следователь молча выключает запись допроса. И мы сидим минуту в тишине.

— Удивляюсь, как вы его до сих пор не убили, — вдруг говорит следователь.

— А зачем? Пусть бы жил и мучился. А что теперь? Пойди, докажи теперь, что виллы и счета в банках других государств его. По мне лучше бы нас развели.

— Ладно, нужно ваше опознание, — и мы выдвигаемся.

Я-то думала, что поедем вновь в больницу, но меня повели в другое крыло здания, где висела строгая табличка «Судмедэкспертиза».

Тело моего супруга лежало на столе, как и в прошлый раз, закрытое простыней.

Патологоанатом открывает голову. Я вижу его лицо и часть шеи.

Впервые мне становится не по себе, словно в прошлый раз я точно знала, что это не он. Но сейчас передо мной лежит Стас. Его лицо бледное, восковое, полуприкрытые глаза, а на шее четкий след от ножа. Небольшой разрез в районе сонной артерии подсох, кожа вывернулась, приоткрывая внутреннее содержимое.

— Медик бил, точно в цель, — киваю я на рану головой.

— Почему вы думаете, что медик? — удивляется следователь.

— Так разрез прошел по сонной артерии, не медик бы попал туда случайно.

Следователь кивает головой, и патологоанатом открывает мне тело. От чего я прихожу в ужас, потому как все тело Стаса истыкано ножом. Раны небольшие, как будто кто-то наносил ему раны в бешенстве. А его достоинство отрезано.

— Василиса Александровна, все как вы предсказали, если вы не предоставите нам алиби, то вы первая подозреваемая.

Мы переглядываемся с Рашидом, только теперь я понимаю, как попала, почти построила себе ловушку.

Но на этом неприятности мои не заканчиваются. Потому что мне суют под нос постановление на проведение обыска.

Дежавю. Мы едим в поселок. У соседей уже не вызывает шок наличие возле моего коттеджа машин полиции. Любопытные соседушки выстроились вдоль изгороди, внимательно присматриваясь к тому, что происходит в моем доме. А в доме перерывают все верх дном. Ищут, ищут орудие убийства. И находят, но не в доме, а под террасой в корзине с инструментами. Нож завернут в грязную тряпку, ручка вытерта.

— Где моего мужа убили? — спрашиваю следователя.

— На том же месте, где была убита девушка, недалеко от причала, — следователь смотрит на меня внимательно.

— Там сыро и растет много мха и папоротников, на обуви убийцы должны остаться следы, папоротник скидывают споры, так что на одежде и обуви они могли остаться.

— Вы рассуждаете здраво, почти как детектив, — хмыкает следователь.

— Тот человек, что убил моего мужа, хотел подставить меня, значит, я кровно заинтересована в том, чтобы вы его нашли, — внимательно смотрю в глаза следователю.

К нам подбегает запыхавшийся молоденький полицейский.

— Тут такое дело, у соседей камера стоит на углу дома, возможно, наш убийца попал в поле зрения камеры, но они запись не дают, — разводит руками молодой парень.

— Хорошо, пошли, разберемся, — кивает следователь.

— А еще, — вдруг говорю я ему в след, — про мостки и лодку знали только очень близкие люди, ищите убийцу в моем окружении.

Это я говорю следователю уже в спину, они спешат к дому соседей. Он только оглядывается и кивает головой.

Обыск сворачивают. Я вижу, как дотошно осматривают мою обувь и даже берут смывы. Давно не ходила в сторону мостика, поэтому не беспокоюсь. У убийцы должны быть еще следы крови на обуви, так истыкать Стасика ножом и не выпачкаться невозможно.