Книга Жизнь как квест, страница 110 – Елена Казанцева

И все ж мне не понятны ее действия. Хотя она дала мне возможность выжить.

И опять в голове ворох мыслей.

Быстро смеркалось. Я шла по дороге уже около часа в полной тишине, если не считать шума леса. В мою голову закралась страшная мысль, что я ухожу от жилья в чащу, но я быстро отбрасывала ее, ведь протектор машины Дарьи вел меня по этой дороге. Постепенно лес, что возвышался по краям дороги, стал гуще, лучи заходящее за горизонт солнца уже не пробивались сквозь кроны деревьев. Резко стемнело. Над головой пролетела какая-то хищная птица, испугав меня до коликов в животе.

Но где-то вдали появился шум. Появилась надежда, что я иду не вглубь леса, а в сторону жилья и людей.

Я попыталась ускорить шаг, но острый сучок нарушил мои планы.

— Черт, черт, — орала я сама на себя.

Острая боль пронзила стопу, окровавленный отпечаток моей ноги остался на сухой поверхности пыльной дороги.

Пришлось сесть на траву отдышаться. Под рукой не было ничего более подходящего для перевязки. Пришлось вспомнить детство. Отыскала в густой траве подорожник, оторвала листок и приложила к ранке. Пожертвовала частью платья, просто рванула на себя подол и оторвала кусок. Повязка получилась так себе, но это было лучше, чем идти с раной на ноге.

Идти стало сложнее, нога нещадно болела, приходилось вес переносить на пятку, чтобы разгрузить стопу, а это не давало идти с прежней скоростью. Для удобства выломала ветку, сделав из нее костыль. Скорость это не увеличило, но хоть легче стало идти.

Скоро резко стемнело. Дорогу не стало видно совсем. Идти приходилось на ощупь. Дважды сбивалась с дороги, а потом ощупью искала путь назад.

И когда совсем отчаялась, вдруг услышала вдали шум машин.

По-моему лицо градом побежали слезы. Неужели вышла…

Но брести пришлось еще час, прежде чем я увидела огни машин.

Дорога!

Я бросила со всех ног туда, но ноги, которые я почти уже не чувствовала, подвели в последний момент. Они подломились, и я упала, сбивая в кровь коленки.

До дороги уже почти ползла. А когда доползла, силы покинули меня. Не помню, как я упала в придорожную пыль. Сознание отключилось. Очнулась от того, что прямо мне в лицо светил луч света.

— Ой, етить, колотить, она живая, — взвизгнул тонкий мужской голос.

— Чоооо орешь, — рявкнул второй голос. — Естественно живая. Трупных пятен нет, кожа теплая, ран не совместимых с жизнью нет.

Мне стало смешно, где этих олухов учили. Надо пульс у «трупа» сначала попытаться найти, а не трупные пятна искать.

— Чего с ней делать то будем, документов то нет? — визгливо спросил первый.

— Скорую вызвать надо, — буркнул второй.

— Они ее не возьмут, нахрен им бомжиха.

У меня в голове пронеслось: Неужели я так плохо выгляжу, что похожа на бомжиху, у меня маникюр, платье дорогое. Эти двое явно смотрят не туда, могли бы заметить, что я явно не девушка без постоянного места жительства.

— Давай, по рации вызывай бригаду, — второй голос был явно уверенный и профессиональный.

Слышу шаги возле своей головы. Хлопают дверки автомобиля, писк рации. Слышу, как кто-то вызывает дополнительную машину и скорую.

Только вот я ничего сказать не могу. Я нахожусь в пограничном состоянии, вроде живая, а вроде и нет.

Очнулась. Что-то странное пищит, и этот писк неприятно режет ухо и давит на мозг. Яркий свет слепит и выбивает слезу из глаз. Во рту сухо, как в пустыне. Где-то за стеклянными дверями маячат две серые фигуры, и идет тихий диалог.