Книга (Не) разведись со мной!, страница 53 – Франциска Вудворт, Настя Любимка

Отец с мачехой быстро переглянулись, тревожно, по-настоящему испугавшись. Батюшка растерялся. С одной стороны, не смел перечить эрцгерцогу, но с другой оставлять меня с дедушкой наедине боялся до дрожи. Вдруг я скажу лишнее? Вдруг правда о том, что они натворили, сорвется с моих губ? Они поняли друг друга без слов. Мачеха решила действовать и тут же шагнула вперед, растянув губы в притворной улыбке:

— Каролина, девочка моя, ну куда ты в таком заплаканном виде?! Дай я хоть слёзки тебе вытру!

Её голос лился мягкой и спокойной рекой, той самой фальшивой заботой, которую я сама лишь недавно научилась распознавать. Леди Эмилия мягко, почти незаметно оттеснила меня от дедушки и увела в сторону, доставая кружевной платок. Коснулась им моего лица, бережно, на виду у всех. А потом наклонилась, будто обнимая, и пальцы её впились в мои предплечья так больно, что я едва не вскрикнула.

— Не знаю, что ты замыслила, — прошипела она мне в ухо, — но хорошенько думай, что и кому говоришь. Ты же не хочешь расстроить любимого папочку?

Применила ранее безотказный аргумент! Она умела виртуозно играть на моих эмоциях, подавляя нужное ей. Сколько раз я сносила унижения и молча терпела обиды, только бы не расстраивать лишний раз отца. Которому не было до меня дела! Но теперь во мне что-то изменилось. И, кажется, мачеха это почувствовала. Потому и добавила уже не просьбу, а угрозу:

— Помни, что в своём доме он всегда знает, кто и что говорит.

— А можно и мне с вами? — в игру включилась и Милиса, мгновенно уловив страх матери. — Было так трогательно узнать о прошлой герцогине, которая подарила мне лучшую сестру на свете!

От её наглости у меня перехватило дыхание. Мачеха уже открыла рот, готовая поддержать дочь, но эрцгерцог холодно оборвал Мили:

— Полагаю, юная леди, что воспитание не позволит вам читать чужие письма.

«О, воспитание ей много чего позволяет и не только такие мелочи, как чтение чужой переписки!» — мысленно поправила дедушку, едва удержав на лице нейтральное выражение.

Милиса изменилась в лице и стушевалась под ледяным взглядом дедушки. С ним её обаяние и очарование, действующие на других безотказно, дали сбой.

— Перолак, считаю, вы поймете моё желание поговорить с внучкой по-семейному. Без лишних глаз.

Сказано было спокойно, совершенно обыденно, но в этих словах прозвучал приговор для моей родни. Одной фразой дедушка ясно дал понять всем присутствующим: к его семье они не имеют никакого отношения.

— Как вам будет угодно, — выдавил отец.

Он успел лишь бросить на меня острый и предупреждающий взгляд. От которого внутри на миг сжалось сердце, но я уже не была одна. Воспользовавшись мгновением, я вырвалась из цепких пальцев мачехи и почти с отчаянным облегчением взяла дедушку под руку. Мы вышли из столовой, и мне показалось, будто я выскользнула из клетки с хищником.

Правда, рядом шел другой хищник, который был куда страшнее, сильнее, тот, кому боялись перечить. Однако его присутствие не пугало меня. Напротив, впервые за долгое время я почувствовала себя защищённой.

За дверями ждали Оуэн и Рози. Один лакей всё ещё дежурил у входа, второй, видимо, уже помчался докладывать о случившемся. Я представила своих людей эрцгерцогу и велела им следовать за нами. Я не могла оставить их на растерзание за верность мне. Слуга дедушки, который объявился в холле лишь в момент, как мы шагнули из столовой, тоже бесшумно двинулся следом. Тень он что ли?