Книга Я — тот, кто тебя уничтожит. Рождение феникса, страница 34 – Марина Орлова

Внутрь я попала лишь на следующий день. Но замок мне поддался…

Еще одна маленькая победа.

Вероятно, сжалившись надо мной после очередного фиаско с моими навыками взломщицы, Лирана как-то бросила в меня справочником разных типов замков. Судя по разнообразию, замки также являлись небольшим фетишом Коллекционера. «Приятно» знать, что он коллекционирует не только живых существ. Сама высшая аргументировала эту «доброту» тем, что после моих «взломов» от механизма замка ничего не остается, из-за чего приходится менять их на новые, так как хозяин любит замочки. Причем — рабочие.

Если дословно:

— Ты у меня уже в печенках сидишь, мразь! Мало мне обычных проблем с тобой, еще и прибирать за тобой? Еще раз поймаю тебя на том, что ты ломаешь замок — я тебе палец оторву. Хозяину нужна твоя жизнь, а не мизинец! И так каждый раз, пока не научишься! Коллекционера, может, и забавляет наблюдать за твоими потугами, а мне исправлять твои косяки — нет, — шипела она зло, пока я вытирала разбитую губу, после того, как Лирана запустила толстым справочником мне в лицо.

Судя по тому, что прежде она не особенно проявляла эмоции, то сейчас было заметно, что возня со мной ее действительно достала. Помня о том, что я для нее — также что-то сродни вредителя, многое в ее отношении ко мне становилось понятно. И эта нервозность только возрастала в женщине с каждой моей неудачей, словно это ее, а не меня ждало физическое наказание за неудачи. Хотела бы позлорадствовать, но не получалось, даже зная, что она исполнит свою угрозу.

Кстати о вредителях. В другой энциклопедии оказались главы и о вредителях Эдема. Там и обнаружилась сноска со смутно знакомым названием «Хитины». Вчитавшись, я ощутила одновременно и страх и досаду, потому что тот зверек, которого я приняла за безобидную крысу. Оказался действительно паразитом. Очень токсичным, как я поняла до этого. Но главный вред заключался в способности одним своим прикосновением выделять этот токсин, который замедляет активность организма живого существа и приводит к отказу органов. А уже после смерти «хитины» спокойно пожирали несопротивляющуюся жертву. Вспоминала подавленное состояние, когда «крыса» спала на моем животе и осознавала, что вовсе не умиротворение было причиной моего спокойствия и сонливости.

Признавать правоту Дома было сложно, а затем, вспомнив, что тот заставил меня сожрать хитинку, любой намек на благодарность тут же исчез.

Потому в ту ночь я вновь почти не спала, изучая пособие по механическим замкам. И это принесло свои плоды — более я не только не попадалась на взломе, но вскрывала даже самые сложные замки, не повредив механизмы. Таким образом я смогла глубже изучить саму крепость и… не найти ничего. Казалось, что в ней не живет никто, помимо хозяина, Лираны и меня. В таком случае, почему одним из правил, которые, в первые дни моего появления, озвучила Лирана, был строгий запрет на общение с остальными проживающими в крепости?

Ответ был очевидным: мне позволили взламывать замки, забавляясь моими неудачами и зная, что я все равно ничего или никого не найду. А позволяли мне это, потому что все ценное было спрятано там, где я не могла достать — за магическими замками. Так как магии во мне не было, единственное, что мне оставалось, это бессильно смотреть на одну из таких дверей, которую, казалось, толкни, и она откроется. Но стоило к ней приблизиться, как мое тело болезненно чесалось и покалывало, не позволяя даже приблизиться и рассмотреть дверное полотно или просто заглянуть в щель под ней.