Книга Я — тот, кто тебя уничтожит. Рождение феникса, страница 31 – Марина Орлова

Становилось понятно, почему Дом держит свою комнату открытой: брать там было нечего.

Не сразу я заметила, что стены комнаты были покрыты рисунками… нет. То, что я приняла за рисунки, на деле оказалось следами от когтей. Тысячи и тысячи глубоких царапин покрывали скальную породу. Они были везде: на стенах, полу и даже потолке, который был боле пяти метров в высоту.

Более посещать эту комнату у меня желания не было…

Изучив весь этаж крыла, я рискнула зайти еще дальше. И тут все оказалось значительно сложнее, учитывая, что в свободном доступе оказался только хозяйский этаж. Помещения в остальной крепости были заперты на знакомые и… довольно причудливые замки. Где-то я вообще не видела даже намека на замочную скважину или засов, но дверь не поддавалась. Такие двери у меня отчего-то вызывали неприятное покалывание в тех местах, которыми я к ней прикасалась.

Неожиданно даже для самой себя, я оказалась довольно упорной, потому спустя пять дней с помощью самодельных отмычек смогла справиться с замком, который я встречала у себя дома. Знатно искромсав замочный проем и наделав немало шума, я все же сумела пробраться в запертую комнату… в которой меня уже ждала Лирана.

Смотря на мрачную высшую, я судорожно сглотнула и попыталась воровато спрятать отмычки, уже понимая, что фокус не пройдет.

— Расскажешь ему? — задала я вопрос, виновато опустив взгляд.

— Уже, — удивила она меня. — И хозяин озвучил наказание, — сообщили мне весть, от которой у меня волоски на теле встали дыбом от ужаса. — К прочим тренировкам теперь он хочет, чтобы ты училась открывать замки, раз проявила подобную инициативу.

— Что это значит? — насторожилась я, зная, что не может наказание ограничится всего лишь новыми уроками.

Вместо ответа Лирана щелкнула пальцами в редкой демонстрации своих магических сил, и меня выдернуло из реальности, чтобы выбросить на крыше, на пол… запертой подвесной клетки над пропастью, которую я ежедневно наблюдала из своего окна.

— К концу месяца ты должна справляться со всеми замками, которые хозяин выберет для тебя. Как ты это сделаешь — меня не касается. Теперь это — твоя постель на ночь. Захочешь вернуться в свою комнату или еды с водой… — прокомментировала она, и возле ее ног на разбитой площадке крыши, в четырех метрах от меня, материализовался кувшин и кусок хлеба. — …тогда откроешь клетку и возьмешь.

— Решили сменить локацию? — зло спросила я, бросившись на стену клетки, которая от моего движения зашаталась на ржавом крюке, угрожая упасть со мной внутри со стометровой высоты прямо в пропасть, что меня испугало и заставило замереть, вцепившись в прутья руками.

— Хозяин решил, что свежий воздух тебе полезен. А в подземелье слишком много… еды, что отобьет у тебя мотивацию, — оскалилась она, напомнив мне про мою ручную крысу.

— Ты же тоже его ненавидишь! — заорала я в ярости. — Ты такая же рабыня, как и я! Помоги мне!

Та молчала, холодно рассматривая меня, а затем спросила:

— Что ты, дитя, вообще, знаешь о ненависти? — склонила она голову к плечу, введя подобным вопросом в ступор. — Ничего, — ответила она на свой же вопрос и ледяным тоном добавила: — И пока ты в полной мере не узнаешь это чувство, нам не о чем с тобой разговаривать. Помогай себе сама. В этом месте каждый сам за себя. Иначе не выжить. Пора бы это уяснить.