Книга Канцлер-дракон. Её тёмный защитник, страница 112 – Рина Мадьяр

Он подхватывает меня на руки, несёт к кровати, и я смеюсь, потому что это так естественно, так правильно, быть в его объятиях, чувствовать его тепло, его силу. Он укладывает меня на мягкие подушки, сам ложится рядом, и мы просто лежим, глядя друг на друга, переплетённые, как два дерева, которые росли рядом слишком долго, чтобы существовать отдельно.

— Ты устала, — говорит он, и я чувствую, как его пальцы гладят мои волосы. — Спи. Завтра будет много дел.

— Не хочу спать, — капризничаю я, но глаза уже закрываются, и я проваливаюсь в сон, чувствуя, как он целует меня в лоб.

Утро встречает меня солнечным светом, пробивающимся сквозь шторы, и я с удивлением понимаю, что спала крепко, без сновидений, впервые за долгое время. Дэйнар уже не рядом, я слышу его голос внизу, отдающий распоряжения, и улыбаюсь, потому что это так знакомо, так по-домашнему.

Лира помогает мне одеться, и я спускаюсь вниз, где Дэйнар уже ждёт за столом. На завтрак свежие булочки, мёд, чай, и я ем с аппетитом, чувствуя, как силы возвращаются.

— Хаггар приедет сегодня к обеду, — говорит Дэйнар. — Он пишет, что привёз новые образцы пород и хочет приступить к занятиям завтра.

— Я готова, — киваю.

И действительно, после обеда во двор въезжает знакомая карета, и я вижу, как Хаггар выбирается из неё, потирая затёкшую спину. Он бросает на меня быстрый взгляд, хмыкает и идёт разбирать свои инструменты.

Занятия начинаются на следующий день, и я погружаюсь в мир камней, вибраций, древних песен, которые звучат где-то на грани слышимости. Хаггар не даёт мне спуску, заставляя работать с утра до вечера, и я чувствую, как мой дар растёт, крепнет, становится послушнее.

— Ты делаешь успехи, — говорит он на четвёртый день, когда я удерживаю в воздухе уже семь камней, заставляя их кружиться в сложном танце. — Ещё немного, и ты сможешь чувствовать магические потоки на расстоянии.

Я улыбаюсь, но внутри всё ликует от этой похвалы.

Вечера мы проводим с Дэйнаром, гуляем по саду, сидим у камина, и я рассказываю ему о своих успехах, о том, как камни откликаются на мой зов. Он слушает, задаёт вопросы, и я чувствую его гордость, его веру в меня.

На седьмой день, когда я только собираюсь идти к Хаггару, в дверь лаборатории стучит Лира.

— Госпожа, вас просят подняться в кабинет канцлера. Пришло срочное письмо из столицы.

Я бегу наверх, не чувствуя ног, и влетаю в кабинет. Дэйнар стоит у окна, его спина напряжена, и я понимаю, что случилось что-то плохое.

— Что? — спрашиваю, подходя ближе.

Он поворачивается, и в его глазах я вижу ту самую сталь, которая появляется только в минуты опасности.

— Император вызывает меня в столицу, — говорит он. — Варрад подал новое прошение, на этот раз против меня. Он утверждает, что я укрывал тебя, зная о твоём происхождении, и использовал это для ослабления империи.

ДЭЙНАР

Дорога до столицы заняла три дня. Я сменил трёх лошадей, спал урывками, по пути заезжая на почтовые станции только чтобы сменить коня. Мысли были заняты предстоящим разговором с императором. Варрад перешёл все границы, но он не глуп. Он знает, что прямой атаки на меня недостаточно, поэтому бьёт через мою жену, через её прошлое, через ту самую связь, которую я сам и создал.

Он надеется, что император, даже зная правду, не сможет проигнорировать официальное обвинение. И он прав. Рааз-Аштар, несмотря на то, что я его дальний родственник по младшей ветви, не станет закрывать глаза на угрозу стабильности, даже если эта угроза ложь. Для него империя превыше родственных уз.