Книга Мой муж меня не заказывал, страница 65 – Лизирин

Не с раздражением даже — с тем самым профессиональным неприятием помех, которое, подозреваю, у него вырабатывали годами.

— Если ты будешь мешать, я выставлю тебя за дверь.

— А если я буду полезна?

Он чуть склонил голову.

— Это вряд ли.

Я усмехнулась.

— Как вдохновляюще. Никогда не думала, что однажды начну скучать по мужчинам, которые хотя бы для приличия делают вид, будто женщины могут иметь мозги.

Морр, всё это время сидевший на краю дивана с видом существа, которое присутствует тут не как питомец, а как крайне недооценённая часть следственной группы, лениво повёл хвостом.

Оставь. Он сейчас в том состоянии, когда уверен в двух вещах: в собственной правоте и в том, что все вокруг будут его тормозить. Это пройдёт. Возможно.

Как обнадёживающе.

Дверь открылась почти сразу.

Сначала вошёл Грегор, затем за ним — двое слуг, которых я знала в лицо, но не по именам: один лакей из восточного крыла и молодая девушка, помогавшая с уборкой в галерее в те дни, когда мы превращали её из пыльного мавзолея памяти в место, где, наконец, можно было дышать.

Оба выглядели так, будто предпочли бы сейчас быть где угодно. На кухне. На конюшне. В лесу с волками. Только не под взглядом Диона де Касселя.

— Закройте дверь, — сказал он, и я почти услышала, как в этой комнате окончательно исчезает возможность для беззаботного вечера.

Грегор выполнил приказ молча, после чего занял место у стены — не пассивное, а включённое, собранное. Я уже не раз замечала: рядом с Дионом он переставал быть просто дворецким и становился чем-то большим. Человеком, который знает, где что лежит, кто куда ходил, кто лгал вчера, кто сегодня слишком тих, и в каком именно шкафу спрятан чужой беспорядок.

Дион не стал тратить время на вступления.

Он подошёл к слугам так близко, что те инстинктивно выпрямились ещё сильнее, хотя казалось, сильнее уже невозможно.

— Сегодня утром кто-то оставил в галерее записку, — произнёс он спокойно. — Вы оба были в восточном крыле. Я хочу знать: кто, когда и зачем входил туда помимо вас.

Лакей сглотнул. Девушка опустила взгляд.

Я молчала.

Не потому, что меня не тянуло вставить что-нибудь едкое, а потому, что наблюдать за Дионом в работе оказалось интереснее, чем я ожидала.

Он не повышал голос. Не давил прямой угрозой.

Но в его спокойствии было нечто такое, что делало страх у этих людей почти физически видимым. Он задавал вопрос так, будто сам факт неверного ответа уже был глупостью, от которой собеседнику потом станет стыдно до конца жизни.

— Я… я только пыль протирала, милорд, — выдохнула девушка. — Окна открыла, покрывала сняла, потом ушла. Больше никого не видела.

— Во сколько? — спросил он сразу.

— После рассвета. Наверное… через час.

— «Наверное» — плохое слово. Сколько точно?

Она побледнела ещё сильнее.

— Когда колокол звонил к первому завтраку, милорд.

— Уже лучше.

Он перевёл взгляд на лакея.

— Ты?

Тот кашлянул.

— Я приносил туда воду для мытья стёкол и свечи, милорд. И… и больше ничего.

— Кто был внутри, когда ты пришёл?

— Леди Нора, милорд. И… кот.

Морр, услышав это, приоткрыл один глаз.

Удивительно. Меня замечают. День полон чудес.

Я едва заметно шевельнула пальцами, пряча усмешку.

— И больше никого? — уточнил Дион.

— Нет, милорд.

— Ты уверен?

— Да, милорд.