Книга Мой муж меня не заказывал, страница 111 – Лизирин

Дион очень коротко посмотрел на меня. Не с упрёком.

С тем самым знакомым выражением, в котором было что-то вроде: ты делаешь это раздражающе эффективно.

Я решила расценивать это как комплимент.

Мастер положил пуговицу обратно на стол, но пальцы с неё не убрал, словно она всё ещё давала ему время подумать.

— Это был не единичный заказ, — произнёс он наконец.

Тишина в мастерской стала плотнее.

Грегор, который до этого стоял с выражением полного отсутствия личности, чуть заметно изменил положение плеч. Даже Морр, кажется, насторожился, хотя внешне продолжал изображать кота, который просто наслаждается транспортировкой.

— Продолжайте, — сказал Дион.

Мастер сглотнул, и только сейчас я увидела, насколько ему не нравится всё происходящее. Не истерически. По-настоящему, по-взрослому не нравится — как человеку, который понимает, что одно неверное слово может сделать его либо полезным, либо мёртвым.

— Похожие вещи заказывали… партиями, — сказал он. — Не раз. И не для одного камзола.

Я опёрлась ладонью о край стола.

— Насколько «не для одного»?

Он бросил на меня взгляд.

— В первый раз — два десятка. Потом ещё. Не сразу, но через время. С небольшими изменениями по внутреннему рисунку и креплению.

Я почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло. Не озарение.

Скорее тот самый холодный, неприятный момент, когда догадка перестаёт быть догадкой и начинает складываться в форму.

— Два десятка, — медленно повторила я. — Это не компания за вином. Это уже хор, клуб по интересам или секта.

Губы Диона едва заметно дёрнулись.

— Твои формулировки отвратительны.

— Зато точны.

Я посмотрела на мастера.

— Зачем такие изменения?

Он пожал плечами, но движение вышло слишком напряжённым, чтобы казаться равнодушным.

— Для различения, полагаю. Внешне почти одинаковые, но для тех, кто знает, — нет. Одни чуть тяжелее. У других другой внутренний паз. Снаружи вы не поймёте, если не сравнивать в руках.

— То есть, — сказала я медленно, уже складывая картину вслух, — одинаковая форма для опознавания «своих», но мелкие отличия внутри для разделения между ними. Кто-то вроде внутреннего деления. Старшие. Младшие. Ближний круг. Что-то в этом роде.

Мастер ничего не сказал, но его молчание было красноречивее любого подтверждения. Дион перевёл взгляд на пуговицу.

— Это организация, — сказал он.

Не вопрос. Факт. Я медленно кивнула.

— И не маленькая. Один человек не заказывает два десятка одинаковых дорогих пуговиц с вариациями для собственного удовольствия, если только у него нет очень странных пристрастий к гардеробу.

— Или привычки менять одежду каждый час, — сухо добавил Дион.

— Тогда он всё равно был бы психически интереснее, чем мне хотелось бы.

Грегор, к моему огромному удовольствию, почти неуловимо вздохнул.

Морр тут же мысленно прокомментировал:

Он начинает уставать от тебя красивее, чем раньше.

Это наш совместный рост.

Дион тем временем уже работал.

Я прямо видела, как в нём щёлкает этот внутренний механизм, когда личное, раздражённое, уязвлённое отходит на второй план и на первый выходит человек, который привык собирать опасные вещи по кускам.

— Когда был первый заказ? — спросил он.

Мастер нахмурился.

— Точно не скажу. Несколько лет назад. Потом повторения.

Не одинаковыми промежутками. Но регулярно.