Книга Опальная фаворитка, страница 182 – Людмила Вовченко

Она научилась работать уверенно, но не самоуверенно.

Знала границы.

Задавала вопросы.

Не скрывала ошибки.

Клэр ценила последнее больше всего.

Однажды весной 1790 года Люси пришла к ней в кабинет и сказала:

— Я хочу учиться дальше.

Клэр подняла голову.

— Хорошо.

Люси растерялась.

— И всё?

— А что?

— Я думала, вы скажете, что я ещё не готова.

— Не готовы.

Лицо вытянулось.

— Но учатся обычно до того, как готовы.

Люси несколько секунд смотрела.

Потом улыбнулась.

Клэр открыла новую тетрадь.

— Начнём с мышц.

— Сегодня?

— А когда?

— Я думала…

— Люси.

— Уже сажусь.

---

Матьё вырос быстрее всех.

Это было нечестно.

К шестнадцати годам он вытянулся, плечи стали шире, острое детское лицо начало превращаться в мужское. Шрам над левой бровью никуда не исчез. Светло-серые глаза остались такими же внимательными.

Клэр заставила его учиться.

Он сопротивлялся.

Она победила.

Читать он уже умел прилично.

Письмо подтянул Люсен.

Счёт — Адриен.

Торговую практику — жизнь.

В семнадцать Матьё официально поступил работать в транспортное предприятие де Бомона.

Через неделю попытался изменить систему оплаты кучеров.

Адриен пришёл к Клэр вечером.

— Это ваш ребёнок.

Клэр подняла голову от книги.

— Нет.

— Ваш.

— Биологически невозможно.

— Характером.

— Вы сами дали ему нож.

— Это была ошибка.

— Поздно.

Адриен сел напротив.

— Он прав.

— Тогда в чём проблема?

— В том, как он это сообщил.

Клэр улыбнулась.

— Мой.

— Вот.

---

А потом однажды весной 1791 года Клэр проснулась от того, что Адриен целовал её плечо.

Не потому что спешил.

Наоборот.

Утро было ленивым.

За открытым окном шелестели листья.

Солнце просачивалось сквозь тонкие занавески и ложилось на кровать тёплыми полосами.

Клэр лежала на животе, завернувшись в простыню.

Волосы рассыпались по подушке.

Адриен лежал рядом.

За три года он почти не изменился.

Может быть, возле глаз стало на одну тонкую морщинку больше.

Клэр считала её своей заслугой.

Каштановые волосы были растрёпаны после сна. На подбородке темнела утренняя щетина. Синие глаза смотрели совершенно неприлично бодро для человека, который лёг далеко за полночь.

Он коснулся губами её плеча ещё раз.

Клэр не открыла глаз.

— Вы что-то хотите.

— Вас.

— Это не новость.

— Тогда зачем спрашиваете?

Она улыбнулась в подушку.

Его ладонь медленно прошла по её спине поверх простыни.

Тепло разлилось по коже.

Клэр повернулась.

Простыня соскользнула с одного плеча.

Адриен посмотрел.

Она знала этот взгляд.

За три года он не стал менее действенным.

— Не смотрите так.

— Как?

— Будто впервые видите женщину.

— Эту — каждое утро немного впервые.

Клэр фыркнула.

— Красиво.

— Я готовился.

— Сколько?

— Три года.

Она рассмеялась.

Адриен наклонился.

Поцеловал.

Сначала мягко.

Почти сонно.

Клэр провела пальцами по его затылку, запуталась в волосах. Его рука легла ей на талию, подтянула ближе.

Тёплая кожа.

Запах сна, чистого льна и мужчины.

Щетина скользнула по щеке.

Клэр тихо вдохнула.

Адриен отстранился.

Смотрел.

Всегда смотрел.

Не брал её молчание за согласие.

Не считал брак разрешением на всё.

И именно поэтому Клэр хотелось тянуть его обратно.

Она так и сделала.

Поцелуй стал глубже.

Адриен улыбнулся прямо в него.

— Что?

— Ничего.

— Ненавижу это слово.

— Знаю.

Клэр перевернула его на спину.

Адриен удивлённо поднял брови.