Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 91 – Мария Минц

— Хочешь быстрее — заставь брата признаться уже за завтраком!

Бастиан хмыкнул и нарочно задел ложку. Та упала на ковёр почти без звука.

— Зачем?

— Слепые иногда роняют ложки.

— Ты — никогда.

— Значит, сегодня начну новую жизнь.

Я наклонилась за ложкой одновременно с ним. Мы столкнулись лбами. У меня из глаз посыпались искры, Бастиан отшатнулся и наконец рассмеялся.

— Очень убедительно, — сказал он.

— Ещё раз, и Дэмиана ты будешь ловить без меня.

Бастиан снял повязку. Смех исчез, когда он заметил ушиб. Пальцы легли у виска осторожно, точно в край красного пятна.

— Я вижу, где больно.

От этой фразы злость куда-то делась. Раньше он нашел бы ушиб на ощупь. Сейчас рассматривал меня и сам выбирал, как прикоснуться.

— Больно?

— Терпимо.

Он узнал ответ и приподнял бровь. Я сама загнала себя в эту ловушку во время лечения.

— По шкале от одного до десяти.

Я посмотрела на него.

— Не надо использовать мои слова!

— Семь?

Слишком довольный голос.

— Один, — буркнула я, — И то из-за твоего упрямства.

Он рассмеялся. Я чувствовала тепло его тела и заметила, что Бастиан смотрит на мои губы.

После первого поцелуя прошло больше двух недель. За это время я призналась в правде, Вивиан отпустила меня, а Бастиан увидел моё лицо.

Мы так и не решили, что делать со всем этим…

По коридору прошёл караул. Звук шагов вернул меня в реальность.

— Повязку, — напомнила я.

Бастиан опустил руку.

— Ты каждый раз будешь прятаться за неё вместе со мной?

— Пока в доме Дэмиан — да.

Он ничего не ответил. Завязал ткань и снова стал прежним слепым генералом: подбородок чуть поднят, плечи напряжены, внимание обращено к звукам.

Я проверила его в коридоре. Сэнди прошла с подносом, Арден задал вопрос о заставе, молодой часовой бесшумно поправил съехавший ремень. Бастиан ни разу не выдал себя. Только когда служанка споткнулась у лестницы, он едва не потянулся поддержать её и остановился в последний момент.

— Прогресс незначительный, — объявила я при Ардене. — Печать ослабла, но полное зрение пока недоступно. Яркий свет по-прежнему опасен.

Полковник принял слова без вопроса. На его лице мелькнуло разочарование, и Бастиан увидел его через щель. После ухода Ардена тихо произнес:

— Он надеялся…

— Все надеялись.

Бастиан провел пальцем по нижнему краю повязки. За несколько часов она успела превратиться для нас из символа болезни в оружие.

— Ты легко солгала ему.

— Учусь у тебя.

Это была шутка, но Бастиан напрягся. Я уже открыла рот, чтобы извиниться, когда со двора донесся звук колёс.

Дэмиан приехал раньше рассвета!

Он вошел в малую гостиную в сапогах, покрытых дорожной пылью, и усталостью на лице.

Сначала обнял Бастиана, крепко, привычно. Я помнила, как прежде рядом с братом Бастиан становился мягче. Сейчас он ответил на объятие точно так же, только пальцы на моей руке перед этим сжали два раза: вижу.

— Ты заставил меня бросить половину совета, — укорил Дэмиан. — Эш сообщил, что вы уехали искать божественные следы. Я решил, вам понадобится помощь.

— Мы нашли старые записи Вивиан, — ответил Бастиан. — Для суда почти бесполезны.

— А лечение?

Вопрос прозвучал заботливо. Дэмиан отступил от брата и посмотрел прямо на чёрную повязку.

— Свет и крупные контуры, — сказал Бастиан. — Иногда цвет. Больше лекарка обещать не берётся.