Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 62 – Мария Минц

— Нет, — наконец ответил он и посмотрел на меня. — Но, полагаю, теперь мое слово мало стоит.

Я взяла застежку только после кивка Бастиана. Поверхность была гладкой, повреждений и свежего крепления не было. Это могла быть другая вещь той же серии. Подмена тоже была возможна.

Норрен полистал журнал дальше и нашел имя дежурного писаря, принявшего замену. Орис Мейл все еще служил в канцелярии, но после утреннего появления Вивиан попросился домой из-за болезни.

— Найдите его, — приказал Бастиан Ардену. — Живым. И никому не называйте причину.

Полковник отдал свой ключ Бастиану и вышел без застежки. Этот жест мог означать честность или отлично разыгранное оскорбление. Я уже перестала доверять красивым жестам.

Мы с Норреном сравнили журналы. На полях возле имени Ориса стояла отметка о временном допуске в нижнее хранилище. Архивист утверждал, что не ставил ее. Я наклонила лист к лампе и почувствовала слабый запах горького миндаля.

— Не трогайте чернила, — предупредила я. — Здесь что-то есть.

Норрен отдернул руку. В тот же момент за стеной хлопнула дверь, хотя Арден приказал запереть галерею. Из вентиляционной решетки вырвалось красное пламя и побежало по потолку.

Бастиан сбил меня на пол прежде, чем огонь добрался до стола. Лампа упала, темнота смешалась с красными вспышками. Норрен закашлялся возле шкафа и попытался снять книгу с цепи.

— Оставьте ее! — крикнула я. — К двери!

Он не слышал или не хотел слышать. Из дыма появился человек в серой форме писаря. Я заметила блеск узкого лезвия у его рукава и схватила тяжелую чернильницу. Бросила раньше, чем он успел наклониться к Норрену. Стекло разбилось о висок нападавшего, тот пошатнулся, но остался на ногах.

Бастиан сориентировался по удару. Он перехватил руку писаря и вывернул ее, однако в тесноте задел плечом горящий стол. Раненый бок подвел, мужчина вырвался и кинулся уже ко мне.

Дверь распахнулась. Арден влетел в комнату сквозь огонь и закрыл меня собой. Лезвие вошло ему под ребра. Полковник не отступил: ударил нападавшего локтем, прижал к шкафу и выдернул из его воротника маленький красный камень.

— Не глотать! — прохрипел он.

Было поздно. Писарь раскусил спрятанную капсулу. Изо рта пошла серая пена, тело обмякло. Бастиан успел подхватить его, но пульса уже не было.

Огонь подбирался к журналам. Арден зажал рану и все равно вернулся к столу. Он сорвал с себя мундир, накрыл пламя, затем выдернул книгу допусков вместе с цепью. Металлическое звено разорвало ему ладонь.

— Выводи их! — приказал он Бастиану. — Документы у меня.

— Сам выйдешь, — прорычал генерал.

Я подхватила Норрена. Бастиан взял Ардена за плечо, и мы добрались до коридора, где охрана уже лила в решетку воду и песок. Нападавшего пропустила настоящая служебная пластина дежурного писаря; огненную нить он заранее спрятал в вентиляции. Полковник упал на колено, все еще прижимая к груди обгоревший журнал.

Мне пришлось резать рубаху прямо на каменном полу. Клинок прошел по касательной, легкое не было задето, но кровь быстро пропитывала ткань. Я проверила края раны, прижала свернутый бинт и заставила Ардена держать самому. Он попытался спросить о журнале, и я затянула повязку сильнее, пока вопрос не сменился сердитым выдохом.

— Сильнее. Если ослабите, потеряете сознание.