Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 48 – Мария Минц

Подозрение в адрес Дэмиана в этом свете выглядело чудовищной неблагодарностью с моей стороны.

Младший Ревенхарт поднялся и повернулся ко мне.

— Вы сделали за несколько дней то, чего столица не смогла за месяцы. Я должен поблагодарить вас, Вивиан.

Он протянул мне руку.

Я коснулась его пальцев, и вдруг сознание Вивиан захлебнулось беззвучным ужасом.

Мне показалось, что в гостиной погас огонь.

Дэмиан взял меня за руку. Его пальцы были тёплыми, прикосновение осторожным, но запястье обожгло так, словно он ударил меня огнём.

Перед глазами возникла другая комната.

Ночная гостиная. Плотно закрытые шторы. Серебряный блеск возле мужского плеча. Я отступаю к столу и задеваю поднос. Из кубка выплёскивается вино, по скатерти расползается тёмное пятно. Мужчина не смотрит на него. Он подходит ближе, а я пытаюсь спрятать дрожащую руку в складках платья.

Чужая ладонь перехватывает моё запястье. На пряжке тёмного плаща вспыхивает серебряное крыло. Багровые линии впиваются в кожу, от боли немеют пальцы. Слышу голос Вивиан, она шепчет, что он не посмеет тронуть ребёнка. Мужчина отвечает совсем рядом:

«Не вынуждай меня повторять, Вивиан!»

Воспоминание дёрнулось и распалось прежде, чем я услышала ответ. Лицо мужчины осталось в тени, зато голос продолжал звучать в голове. Низкий, мягкий, в нём звучит едва ли не забота.

Я узнала голос Дэмиана.

Я в панике вырвала руку. Кресло за спиной качнулось, и пришлось схватиться за спинку, чтобы не упасть.

— Вивиан? — Дэмиан шагнул ко мне, но я отступила ещё дальше.

Бастиан поднялся.

— Что случилось?

Я посмотрела на запястье. Никакого ожога не было, багровых линий — тоже. Только бледные следы от пальцев.

Сказать при Дэмиане, что память отозвалась на его прикосновение, означало предупредить возможного врага. А обвинить брата Бастиана на основании обрывка, где лица видно не было, значило подарить ему ещё одну причину считать меня лгуньей.

А ведь мы только-только начали нащупывать общий язык…

— Закружилась голова, — выдавила я. — Я почти не спала.

Бастиан встал, но Дэмиан оказался рядом раньше. Подхватил стакан воды и протянул мне, сохраняя спокойную участливую улыбку.

— Вам лучше лечь. После горячки такие приступы опасны.

Я приняла стакан, стараясь не касаться его ладони. Дэмиан заметил. На мгновение в его глазах появилось внимательное, холодное выражение, которое совсем не вязалось с добродушной улыбкой.

Дверь открылась. Сэнди внесла поднос с едой, увидела младшего Ревенхарта и едва не выронила чашки. Фарфор звякнул, молоко выплеснулось на край блюда. Дэмиан успел подхватить поднос снизу, однако старушка отшатнулась от него, а не поблагодарила.

— Простите, господа, — пролепетала она и побелела так сильно, что стала похожа на призрака.

Дэмиан с жалостью посмотрел на неё, и вдруг мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то тёмное.

— Сэнди, вы всё ещё служите здесь? Рад видеть знакомое лицо! — промурлыкал он.

Старушка не ответила. Она смотрела на серебряную пряжку его дорожного плаща — целую, овальную, с тёмной эмалью по краю. Работа могла принадлежать мастеру Лисандру. Форма напоминала обломок, спрятанный у меня…

Если Сэнди видела эту застёжку в ночь визита, сейчас она точно узнала её быстрее!

Дэмиан проследил за её взглядом и неторопливо застегнул плащ повыше. Движение выглядело обычным, но старушка стиснула край подноса так, что побелели ногти.