Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 108 – Мария Минц

— Назад! — крикнула я.

Он увидел их. Развернул клинок, перерубил первую цепь и крылом отбросил вторую. Золотая тень стала плотнее, ударила Дэмиана о колонну.

Дэмиан успел намотать обрывок серебряной цепи на предплечье. Дёрнул, и второй конец захлестнул лодыжку Бастиана. Восточная линия потянула его к креслу.

Я подхватила арбалетный болт и вогнала в красный знак возле крепления. Камень раскрошился. Цепь ослабла ровно настолько, чтобы Бастиан разорвал её крылом.

— Вечно она вмешивается! — прошипел Дэмиан.

— Поэтому мы ещё живы, — ответил Бастиан.

Камень осыпался с потолка.

Снаружи ответили три глухих удара. Люди Ардена были на местах и ждали сигнала. Но открыть контур тогда значило дать ритуалу новую кровь. Бастиан не позвал.

Дэмиан поднялся. Из рассечённой брови шла кровь, одна сторона лица уже была покрыта чешуёй. Человеческая улыбка на ней выглядела страшнее драконьей пасти.

— Ты всё равно защищаешь её, — прохрипел он. — Даже зрячий ты не стал умнее!

— А ты всё ещё думаешь, что любовь делает человека слабее, — хладнокровно бросил Бастиан.

Он атаковал первым. Золотое пламя прошло по мечу, срезало красную линию и обожгло руку Дэмиана. Оберег выскользнул из пальцев, повис на цепи.

Я бросила свою цепь. Железо обвило запястье Дэмиана, потянула на себя. Он развернулся ко мне, и Бастиан воспользовался мгновением: ударил рукоятью в висок.

Дэмиан упал на колено.

Оберег был почти у меня. Чёрный камень бился на цепи, тянулся к голубой защите ребёнка. Я перехватила звенья обеими руками.

— Вика, не касайся камня!

Поздно.

Дэмиан сжал кулак. Кровь на его ладони вошла в оберег, тёмный кристалл западной чаши вспыхнул.

Красный поток ударил через моё тело к ребёнку.

Кровный мост замкнулся.

Боль пришла вместе со светом.

Красная нить вошла под рёбра и потянулась к ребёнку. Его защита вспыхнула голубым, пытаясь удержать поток. Оберег использовал её как готовый сосуд.

Мне было дурно от боли. Перед глазами темнело, во рту появился металлический вкус. Я прижала локоть к полу, чтобы не потерять положение, и заставила себя считать: собственный пульс, отклик защиты, интервалы золотого потока. Три разных ритма. Нельзя было спутать.

Я упала возле западной чаши, не выпуская цепь.

Бастиан тоже упал на колено. Золотая сила вырывалась из его груди тонкими нитями и шла ко мне. Дэмиан держал оберег окровавленной рукой. Вторая ладонь лежала на тёмном кристалле.

— Началось! — выдохнул он.

На лице было торжество. Он был уверен, что мост уже нельзя было остановить.

Я закрыла глаза и перестала видеть зал.

Передо мной была система сосудов. Золотой приток от Бастиана входил в голубую защиту ребёнка, красный отток уходил к оберегу. Дэмиан создал шунт через самый хрупкий участок и рассчитывал, что тело само поддержит кровную связь.

Обычный зажим сдавил бы ребёнка вместе с каналом.

Мне нужен был обход.

Я открыла голубой резерв, который собирала вокруг него. Две малые петли расправились. Одну повела к материнскому источнику, вторую замкнула на внутреннюю защиту. Теперь ребёнок получал силу от меня, минуя красную нить.

Голубой свет на секунду померк. Я ослабила вторую петлю, пропустила часть потока и снова затянула. Ребёнку нужен был не самый крепкий заслон, а непрерывное питание. Как при пережатой артерии: сначала найти обходные сосуды, потом закрывать повреждённый.