Книга В тупике сбывшихся желаний, страница 66 – Ян Сикоревич, Mareka, EauVive

Не верилось, что месяц тому назад было всё подвластно. Сейчас мир будто притормозил на повороте, уравновешивая ритм недавнего прошлого. «Счастье нужно отрабатывать, как оброк. Даже если его уже нет рядом», — вспомнила она слова матери, в сердцах брошенные давно, ещё в первую молодость Анжелы. Какие её годы, ещё все наверстает, она же творец своей жизни, да и не только. Без Токорежа резче и быстрее приходило понятие содеянного и осмысление поступков. Раньше она творила чудеса, а теперь сама надеялась на чудо.

За всё нужно платить. А иногда кровью или честью.

Какой бы спокойной ни казалась жизнь в селе, деревенский уклад со всей своей размеренностью не изгладил Петра из памяти. Да и как можно было забыть о том, что развлеклась с женихом подруги перед свадьбой? Разве та правильно поймёт «свадебный подарок»? Подумает, если узнает, что ей жених изменил всерьёз. Анжела потеряла голову. Новая селянка, за раскатыванием теста для пирожков, спорила сама с собой. Временами, когда она увлекалась, то угрожающе размахивала скалкой. Внутренний голос гаденько нашёптывал:

— Идиотка, тобой воспользовались. Справили в тебя естественную нужду.

— Ну, Петрик рисковал свадьбой, приехав сюда. Значит, он знает, что я не расскажу Кате. Он мне доверяет! — парировала Анжела.

— Он никогда не позвонит.

— А зачем? Разок было занятно, не залетела, и на том спасибо.

Да, можно сказать, случай помог. Защекотало что-то ноздри исполнителя, и тот, чихнув в самый ответственный момент, дёрнулся так, что всё драгоценное содержимое пронеслось мимо, только слегка обрызгав девушку.

— Значит, признаёшь, что его потуги были убогими? Глаза как он пучил, помнишь? А как он быстро утомился? — внутренний собеседник ерничал.

— Было прикольно. Размялась, а то ноги устали и поясница затекла, пока стояла над кастрюлей с вареньем.

— Кстати! — пискнул внутренний голос, довольный, что Анжела подарила ему аргумент. — Всё утро собирала ягоды, а труд в итоге испорчен.

— Это мелочь по сравнению с тем, что, оказывается, я могу так завести мужика, что он припёрся сюда на электричке.

— Вспомни, что теперь местные придурки прохода не дают.

— Вот это действительно проблема. Дунька, стареющая сплетница с соседнего участка, приметила Петрика, да и принялась распускать про меня гадкие слухи. Дрянь, все её пергидролевые космы выдернула бы, но даже смотреть на неё противно. А мужикам только и надо было дать повод, чтобы доконать меня.

Сменщица Анжелы в буфете Авдотья Кирилловна претендовала на роль богемной особы сельского разлива. Ярко накрашенная вне зависимости от времени суток, она, словно змея за потенциальной жертвой, пристально следила за вновь прибывшей. Когда Анжела отказалась прийти на очередные посиделки в безумном розовом домишке Дуни (Анжелу не привлекали песни под баян, водку и домашнюю перебродившую наливку, два курса университета мешали), та перестала с ней здороваться, только щурясь при встрече, точно затаившаяся в засаде хищница. Наконец, она нашла способ отомстить: нашёптывает соседям несусветные бредни. Например, что за отдельную плату новенькая предложит в магазине при буфете не только кило сахару. Бабы реже отправляли мужей одних за покупками к Анжеле, в основном ходили сами, зло зыркая из-под склеенных дешёвой тушью ресниц.