Книга Сердце дракона. Часть 2, страница 66 – Мелина Боярова

Мали! — прокусив губу до крови, я погасил вскрик и не вздрогнул, когда холодный клинок прошил тело. Единственное, что было в моей власти, это сместить направление удара, чтобы сталь не поразила сердце. Нет, я бы все равно не умер, восстановился со временем, но эту схватку проиграл. А этого никак не мог допустить. Особенно когда увидел, как расширились от ужаса глаза любимой и из них брызнули слезы. Это лучшее подтверждение тому, что я ей небезразличен. Только ради этого взгляда позволил вонзить меч себе в грудь.

— Люблю тебя! — прошептал одними губами, — прости!

То, как Мали рванулась из рук императора, что удерживал ее на протяжении схватки, подстегнуло к действиям. Хватило трех секунд. Первой на то, чтобы одной рукой вытащить длинный клинок из своего тела. Второй — ударить в сердце врага, который уже мысленно праздновал победу и отвлекся на радостные возгласы друзей. И третьей, чтобы отсечь дракону голову. Я хоть и планировал сохранить Ксавьеру жизнь, но сейчас передумал. Слишком уж большой соблазн раз и навсегда избавиться от соперника.

Но того, что произошло дальше, никак не ожидал. Лезвие уже успело воткнуться в шею дракона, когда меня вдруг придавило необъятным ужасом и отчаянием, страхом перед невосполнимой потерей и дикой жаждой во что бы то ни стало защитить свое. Следом настиг истошный рев смертельно раненного существа, а солнце вдруг заслонила громадная тень.

Неужели сами боги решили вмешаться? — почувствовав заминку, Берратокс выбил клинок из руки, не дав завершить последний удар. Но это единственное, что он успел сделать, перед тем как бездыханным рухнуть на землю.

Нет, это были не боги. Драконица невероятно красивой радужной расцветки буквально упала на Ксавьера, разметав всех, кто стоял поблизости в стороны. Меня спасла быстрая реакция, позволившая увернуться от опасности и переместиться на десяток метров.

Кто она? Что здесь делает? — читалось в изумленных взглядах всех присутствующих. Ну, доррийцы, понятно, удивлены. Но почему сами драконы смотрят на сородича, как на чудо?

— Она убила его! — Мали забилась в истерике, вынимая душу своей болью, — пустите меня к нему. Сделайте же что-нибудь! Спасите Ксавьера! Убейте эту гадину!

Это ничего, — поморщился от скрутившего внутренности в тугой узел ужаса. Не моего, конечно, но ощущаемого, как собственный, — так и должно быть. Боль потери — самая страшная. Но я удержу свою королеву. Возьму все страдания на себя. Заберу каждую частичку боли.

Но, все же, любимая погорячилась, приписывая чужие заслуги этой драконице. Я действительно убил Ксавьера. Все видели мою победу и не посмеют оспорить право на приз.

Я смазанной тенью приблизился к Денометрикосу Берратоксу. Очевидно, тот был раздавлен произошедшим, еще не до конца осознавая, что его сына больше нет. Потому и вздрогнул, когда я возник рядом.

— Мали принадлежит мне! Я победил.

— Подтверждаю, — серый, как полотно, император разжал руки. Мали, не видевшая ничего в попытках прорваться к теперь уже бывшему мужу, упала в мои объятия.

Подхватив на руки драгоценную ношу, я решил убраться подальше. Ксавьер проиграл, Мали моя, а со всем остальным Велмир сам разберется. И только слаженный восхищенный вздох, заставил обернуться и взглянуть на то, что творилось за спиной.