Книга Когда расцветёт сакура, страница 19 – Виктория Богачева

Что ж. С этим братцем Йоко надо держать ухо востро.

И я убедилась в этом уже спустя несколько минут.

Мы с Кёсукэ медленно шли по коридорам поместья Минамото: он на полшага впереди. На почтительном расстоянии от нас держались самураи. Я мысленно проклинала брата, который шагал со скоростью черепахи. Он нарочно тянул время. Хотел, чтобы мы вновь опоздали.

Но я не собиралась в этом участвовать.

— Брат, — позвала я спокойным голосом, — не стоит ли нам идти чуть быстрее? Матушка просила не опаздывать.

Казалось, Кёсукэ того и дожидался. Резко развернувшись, он сверкнул глазами и до боли сжал мое запястье. Я попробовала вырваться, но не смогла даже пошевелиться. Он был воином, а я — слабой девчонкой. Потому я лишь повыше задрала голову и посмотрела в его красивое, холеное, но такое отталкивающее лицо.

— Так торопишься к своему недоделанному женишку, а, Йоко? — вкрадчивым шепотом произнес он, подвинувшись почти вплотную и впечатав меня спиной в перегородку-фусума.

Я скосила глаза: самураи замерли в десятке шагов от нас и смотрели в пол. Конечно же, все они прекрасно заметили. И отвернулись. Одергивать сына сёгуна и приходить мне на помощь не собирался никто.

Я вгляделась в темные, почти черные глаза Кёсукэ с неестественно расширенным зрачком и похолодела. Кажется, он был не совсем в себе. Вернее, совсем не в себе — какие-то одурманивающие травы? Напитки? Что в двенадцатом веке принимали в качестве наркотиков?

— Я лишь не хочу расстраивать матушку, — мне пришлось солгать и отвести в сторону взгляд.

Я была не в той позиции, чтобы противостоять брату — сильному, молодому мужчине.

Он криво хмыкнул, и с содроганием я заметила, как напряжены его лицевые мышцы. Его улыбка больше походила на судорогу. Хватка на моем запястье усилилась: больно было даже кости.

— Она расстраивается всякий раз, когда видит тебя, глупая сестра. И, надо признать, повод у нее весомый, ведь ты сломала ей жизнь, — запрокинув голову, он рассмеялся. — Так может, наоборот, стоит позволить ей подольше побыть без тебя? Или ты все же рвешься к женишку? Маленькая предательница, все вы девки такие…

Кёсукэ забормотал что-то совсем невразумительное. От боли на глазах навернулись непрошенные слезы — совсем сейчас неуместные! Мне нельзя, никак нельзя раскисать перед этим злобным созданием.

Голова шла кругом от его слов. Йоко сломала матери жизнь? Что это значит? Значит, мне не показалось.

Неприязнь Акико к дочери была настоящей. И очень-очень сильной.

Бедная девочка. Как же ты жила посреди всего этого?..

— Ай! — непроизвольно вырвалось у меня, когда вторая рука Кёсукэ сжала мое плечо.

— Молчишь, продажная дрянь? Готова раздвинуть ноги перед Минамото?

Да что он несет! Совсем местные наркотики отшибли остатки разума? Брак Йоко — договорной союз, заключенный главами кланов. Девочка, даже захоти она, никак не смогла бы этому помешать.

Я уже набрала воздуха, чтобы попытаться вразумить Кёсукэ, когда в другом конце коридора послышались тихие шаги, а знакомый голос приказал.

— Отпусти ее.

Кёсукэ позабыл обо мне моментально. Разжалась его стальная хватка, и от нахлынувшего облегчения я едва не застонала, поспешно прижав запястья к груди. Зато самураи, сопровождавшие нас, мгновенно подобрались и оторвали взгляды от созерцания татами, ведь ко второму сыну сёгуна шагал Таро Минамото.