Книга Когда расцветёт сакура, страница 113 – Виктория Богачева

Кёсукэ даже не пытался скрыть презрительной усмешки на холеном лице. И внезапно я вспомнила, что все разы, когда я видела Акихито, он ходил исключительно в окружении пятерых самураев.

После этого семейного ужина такая привычка уже не казалась мне беспочвенной блажью. Он провел с родней гораздо больше времени, чем я. Он знал их куда лучше.

Интересно, когда Акико списала его со счетов? Когда родила второго сыночка, захватившего материнское сердце? Или когда первый стал неловким калекой?.. И что чувствовал Акихито? Ведь он не мог не замечать отношение матери к нему.

Мне было полегче. Тут все объяснимо. Я — бастард, доказательство измены. Ее ненависть и неприязнь понятны.

Но он… он-то от ее плоти и крови.

А она его не любила.

Некоторым женщинам нельзя заводить детей.

— Йоко, — голос Акихито выдернул меня из пучины размышлений. — Я хочу поговорить с тобой. После ужина зайди в мои покои.

И он, сделав над собой очередное усилие, кое-как поднялся из-за стола, опираясь на трость. Я задушила в зародыше естественный порыв помочь ему. Едва ли это будет уместно: не здесь и не сейчас, не в окружении этих людей.

Я с трудом дождалась окончания ужина. Казалось, что служанки заваривали чай целую вечность — так оно и было. Сбежала при первой же возможности. Задерживать меня никто не стал, лишь вздохнули с облегчением, когда я перестала мозолить им глаза.

Вот так. Старший брат оказался еще одной белой вороной в семье.

Какое же счастье!

В дверях меня встретили два самурая. Как бы мне научиться запоминать их имена и лица? Но они так похожи…

— Йоко-химэ, Акихито-сама приказал вас сопроводить, — один из них вежливо поклонился и повел в сторону рукой.

Его лицо неожиданно показалось мне знакомым. Как будто я уже встречалась с ним не раз и не два. Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, но проиграла собственным воспоминаниям. Надо бы спросить его имя. И начать различать их лица. Чтобы вовремя заметить шпиона, подосланного мачехой. Или неизвестного убийцу…

Я шла через бесконечные коридоры, комнаты, длинные переходы и веранды, пока не оказалась в самом, наверное, отдаленном уголке огромного дворца.

Значит, здесь поселился Акихито.

Даже не задалась вопросом «почему». Все и так понятно.

Если бы я могла выбирать, также отгородилась бы от собственной семьи.

Прямо передо мной из покоев поспешно вышла молоденькая девушка, и я невольно проводила ее взглядом. Наложница?.. Интересно. Надо будет разузнать про нее у Саюри.

Акихито занимал четыре спальни, и их обстановка была более приятна глазу, чем убранство дворца. Вычурности и роскоши здесь почти не было. Даже стены не были никак украшены.

Брат ждал меня на веранде.

Сперва это показалось мне странным, но потом я поняла. Ему неудобно и больно сидеть на татами за низким столом: я видела, с каким трудом он опускался и вставал. Вокруг нас широким кольцом стояли самураи, даже на дорожках снаружи, и возле деревьев в саду. Акихито позаботился, чтобы нас никто не подслушал.

Брат стоял ко мне в профиль, положив одну руку на деревянные поручни веранды, и я задержала взгляд на его лице. Он и Кёсукэ одновременно очень похожи и различны. Интересно, каково ему? Перед глазами всегда здоровый, очень красивый младший брат, любимец матери, а, может, и отца. А на нем же лежит тяжелое бремя увечья, которое не каждому под силу вынести.