Книга Развод с Горынычем, или укрощение Василисы, страница 12 – Алла Султанова

— Василиса, ты не переживай, — снисходительно сказал Гордей. — Я уж точно приведу нас к избушке Яги.

— Вот уж не сомневаюсь, — едва слышно проговорил Баюн, усаживаясь поудобнее на спине Акакия.

— Не сработала ваша задумка, — выдохнула я, — не могу я знать, что на уме Яги. Надо точно знать, где она поставила свою избушку.

— Я видел её около… — начал было говорить кот, но осёкся, взглянув на насупившегося Гордея. И, дёрнув хвостом, пробубнил: — Ну… там… где-то… За горами… За лесами…

— И, скорее всего, её там уже нет, — изогнув бровь, произнёс Гордей.

— А где она может быть? — бросила я, теряя терпение.

Парень закусил губу и, задумчиво вымолвил:

— Вот так сразу и не скажу… Но предположу, что она делает заготовки…

— Какие? — усмехнулся Баюн и чуть не свалился на землю.

— Травы, грибы, ягоды… — развёл руками Гордей. — Что обычно заготавливают ведуньи?

— А-а-а, ну ежели так… — пряча улыбку, проговорил кот.

— Василиса, — парень шагнул в мою сторону, — скажи мне, почему ты одна в лес пошла?

— Так Горыныча ищет, — топнул копытом Акакий. — И не одна она…

Я метнула на козла гневный взгляд, а затем посмотрела на парня и выпалила:

— Ты уже знаешь, мне нужно, чтобы Змей Горыныч снял с меня свою метку.

— А если он не захочет? — уголок его рта дрогнул.

Но я не успела ему что-то ответить, так как из зарослей папоротника выбежала куница. Увидев Гордея, она замерла на мгновение.

— Эй, пушистик, чего уставилась? — рассмеялся Акакий.

Она вздрогнула. Оскалившись, зыркнула на козла и исчезла в чаще. Следом за ней выбежала лиса. Она, видимо, преследовала куницу. Но, наткнувшись на взгляд Гордея, испуганно фыркнула и, ломая кусты, пустилась наутёк.

— Что с ними? — тихо, почти шепотом, спросила я, — почему они тебя так боятся?

— Они думают, что он охотник, — вмешался Баюн, — а ты, Василиса на охотника непохожа.

— Кто ж знает, что твориться в их головушках, — Гордей лишь пожал плечами и, приблизившись, проговорил: — так скажи мне, как ты решилась отправиться в такую глушь, на верную погибель, к самой бабе Яге?

— Любовь, которая заставляет идти на край света — великая сила, — мудро заметил Акакий.

Кот одобрительно кивнул.

— Но та, что заставляет идти на край света в одиночку, возможно, не любовь вовсе М? Василиса? — Гордей заглянул в мои глаза, и в его взгляде была такая тёплая грусть…

Слова Гордея повисли в воздухе. Тишина между нами была осязаемой, как смола, густая и тягучая. Я отвела глаза, не в силах выдержать его пытливый взгляд.

— А что мне оставалось⁈ — мой голос сорвался, и я пошла прочь, сжав кулаки, почти побежала.

Я отводила руками ветви, чтобы освободить себе путь, и остановилась лишь тогда, когда вышла из леса на песчаный берег.

Передо мной было озеро. Водная гладь тянулась к самому краю земли.

Я откинула косу назад и обняла себя за плечи, пытаясь унять дрожь.

— Ты глянь! Две ноги и не догонишь! — возмутился запыхавшийся Акакий.

Сидевший на его спине кот, поднял на меня жалостливые глаза.

— Василиса, я едва не свалился… Ты в следующий раз меня на руки бери и беги.

— Так она с тобой далеко не убежит, — усмехнулся козёл, переведя дыхание.

— Вот именно! — воскликнул Баюн, сползая на землю. — Всем будет хорошо… а главное, мне… будет удобнее…

Последним из леса вышел Гордей. Он, одарив меня хмурым взглядом, подошёл к козлу и сидевшему на песке коту.