Книга Истинная вина жестокого ректора-Дракона, страница 193 – Властелина Богатова

Мы продолжаем маршировать, в мои лопатки давит ее взгляд, ненавистный, жгучий, прожигает во мне дыру. Она что-то явно задумала, меня не покидает ощущение опасности со спины. Я максимально в беззащитном положении. Но ведь не может она ударить при всех и при офицере?

Занятия тянутся бесконечно долго, превращая каждую минуту в мучительное испытание. Время словно густеет, становясь вязкой, давящей массой, через которую я вынуждена пробиваться.

Ожидание подвоха превращает этот урок в пытку, где каждая секунда кажется натянутой струной, готовой вот-вот лопнуть от напряжения.

Наконец, занятие заканчиваются, и офицер распускает нас. Я спешу уйти с плаца и оказаться как можно дальше от сестры.

И вздрагиваю, когда ко мне кто-то приближается, пристраиваюсь к шагу.

— Она идет за тобой, — шепчет Айла Митчел.

Я втягиваю в себя воздух и удерживаю себя от того, чтобы не обернуться.

— Спасибо.

— Она не одна, пятеро точно против того, что ты в авангарде.

Значит, у Аурелии остались самые преданные союзники. Конечно, она будет пытаться до конца выжить меня из авангарда, это очевидно.

Мы доходим до раздевалки — самое опасное место, которым она может воспользоваться, что, собственно, и происходит.

Я могла бы пройти мимо раздевалки и вернуться позже, когда здесь никого не останется. Но тогда Аурелия снова решит, что достаточно одного её взгляда, чтобы заставить меня бежать.

Нет. Больше этой власти над собой я ей не отдам.

Аурелия останавливается в паре шагов от меня. И на удивление — одна. Бросает колючий взгляд на Митчел, которая не собиралась отступать.

— Надо же. Теперь тебе требуется охрана даже для разговора с родной сестрой? Дай нам поговорить, — бросает она ей. — Или ты боишься? — переводит взгляд на меня, — не бойся, я не укушу.

Смеется.

Айла не отступает, но я не хочу, чтобы кто-то служил мне подушкой безопасности от собственной сестры.

— Всё хорошо, Айла, — говорю девушке и возвращаю взгляд на Аурелию, — оставь нас. Я хочу наконец услышать, зачем она всё утро ходит за мной по пятам.

В раздевалке мы остаёмся вдвоём.

Аурелия молчит, рассматривая меня. От меня пахнет Морстейном, и драконица это чувствует. Её глаза чуть сужаются в опасном прищуре.

— Скажу прямо: у тебя осталось два выхода. Ты знаешь, что в академию прибыла комиссия, и появилась она здесь не случайно. Если ты останешься, Рэммел Морстейн понесёт серьёзное наказание. Поэтому либо сейчас же собираешь вещи и исчезаешь из его жизни навсегда, либо сама становишься причиной его падения.

Я выпрямляюсь, но ощущение, что на спину повесили гири.

— За что наказание?

— Значит, есть за что? Он ничего тебе не рассказал? — Аурелия насмешливо приподнимает бровь. — Надо же. А я-то думала, между вами такое доверие. Выходит, Морстейн не слишком откровенен со своей новой возлюбленной.

Я задерживаю дыхание. Каждое её слово входит под рёбра острым лезвием.

— Не понимаешь, о чём речь? Тогда слушай. Несколько лет назад твой драгоценный ректор уже превысил полномочия в отношении одной из курсанток.

Я словно в омут погружаюсь, внутри всё обрывается.

Аурелия видя мою реакцию продолжила:

— Воспользовался своим положением, а когда всё раскрылось, началось разбирательство. Его едва не лишили должности и звания. Морстейну дали последний шанс исправиться и больше никогда не приближаться к подобным обвинениям.