Книга Пари на императора драконов, страница 97 – Мария Лунёва

— Мы редко видимся с Вегартом в последнее время, но я слышал, что Грета снова беременна, — негромко произнес он.

Я съела несколько малинок и сочла, что разговор стоит поддержать.

— Да, и мы опять ждем братишку, но имя на всякий случай пока не выбираем.

Льюис улыбнулся.

— И как же поживает маленькая Элдрик? Сколько ей уже, восемь или девять?

Я кивнула. Выбранная им тема казалась мне безопасной. Она не смущала и не настораживала.

— Да, она увлекается театральными постановками. Отец выбрал время и велел в саду построить ей небольшую сцену. Там теперь собирается вся ребятня из поместья и ставят разные сценки. Детские, конечно, но забавные.

— А тройняшки? — не успела я ответить, как Льюис задал следующий вопрос. — Еще не ищете им женихов?

— Зачем? — я пожала плечами. — Они ведьмы, как и я. Темные. В бабушку. Вырастут и сами определятся. Папа никогда не внушал нам, что искать женихов нужно среди аристократов, нет, только лишь среди достойных.

— Да, Вегарт всегда был резко против договорных браков. Впрочем, как и император Айдан Свирепый. Он так чуть свою истинную не потерял, отказавшись от нее как от невесты, даже не взглянув.

— Я знаю эту историю, Льюис. Дядюшка Айдан рассказывал нам её, и не раз, правда, знатно приукрашивая. Его послушать, так он свою Рьяну чуть ли не огнём и мечом добывал.

— Да, лис он. Пролез в её дом и добился нахрапом.

— И это я тоже знаю, — я засмеялась. — Историю от тётушки Рьяны я тоже слышала. Они так разнятся... так разнятся.

— Это просто видение мужчины и женщины.

— М-м-м, — я хитро прищурилась. — А что там с дядюшкой Дьярви, что за секрет про ведьм?

— Нет, — Льюис покачал головой. — Вот это я тебе, моя ведьма, расскажу после нашей первой брачной ночи.

— То есть я никогда об этом не узнаю, да? — я скорчила жалостливое лицо.

— Ну почему же... — он усмехнулся. — Ты забываешь, что с Айданом Свирепым мы братья. Одна кровь. Рьяна ведь тоже твердила «нет»... Зов истинности не слышала из-за действия зелья. А не устояла.

— Император Льюис, вашей самоуверенностью крепости брать.

— Не шути так, Юниль, — он вмиг стал серьёзен. — На мой век войны хватило. Я видел битвы, смерть, сожжённые деревни. Даже в уместной шутке не хочу про войну слышать.

Я склонила голову и улыбнулась. Как бы он ни пытался выглядеть кротким драконом, а властный характер прорывался. В этом Льюис был схож с моим отцом.

В мой кулёк снова были добавлены ягодки. И пока я благодарно кивала, мужская рука мягко легла на мою талию. Незаметно так. Но по-хозяйски.

— Льюис, я не позволяла переступать черту. Это другу детства я бы разрешила себя обнять, и посмеялась с ним, и на пикник ночной пошла. А ты мне, выходит, чужой, сам же рычал об этом, так что немедленно убери руку!

— Юниль, — выдохнул он как-то обречённо.

Да, я мстила ему — подло и жестоко. Пусть знает, каково это, когда тобой играют. И мне было совершенно не стыдно.

— Немедленно, император, и впредь ведите себя прилично. Вы мне чужой!

Он глубоко вздохнул, но подчинился, и, медленно проведя по моей спине, убрал руку. Стало как-то пусто. И прохладно сразу. Вот напасть. Я усмехнулась: нет, ну кто нас, женщин, разберёт. Не просить же вернуть обратно.

Поёжившись, я обняла себя за плечи.

— Ты замёрзла? — спохватился он и, остановившись, быстро снял с себя сюртук. И пискнуть не успела, как Льюис накинул его на меня. От смущения я опустила взгляд.