Книга Пари на императора драконов, страница 100 – Мария Лунёва

Раньше я не замечала за ним такого поведения.

Но... похоже, пора забыть о том, что вообще было между нами когда-то. Время изменило не только его, но и меня.

Мы все шли в полном молчании, пока он вдруг не остановился. Подняв голову, осмотрелся и улыбнулся.

— Как же давно я не был в этой части парка. Но вспомнил. Здесь есть довольно интересное место, его давно забыли, но я уверен, там так же красиво, как и когда-то.

Тропинка вилась между зарослями, узкая, чуть заметная в сумраке. Мы шли медленно. Спешить было некуда, да и незачем. Каждый наш шаг отдавался в тишине едва различимым хрустом сухой прошлогодней листвы и мелких веточек. Ветер усиливался. Он все громче шевелил кроны деревьев, и они шептались о чем-то своем, непонятном нам.

Поворот. Рука Льюиса на моей талии сжалась крепче. Он провел меня еще немного вперед и вывел на небольшой песчаный бережок.

Перед нами раскинулся темный, местами заросший камышом, пруд.

Он лежал, как темное зеркало, окаймленное спутанными ветвями кустарника и низких плакучих ив, которые тянулись к воде, словно пытались искупать в ней свою листву. Правее от нас ярко светились ночные кувшинки — нежно-розовые и белоснежные. Над ними метались светлячки, словно искорки от ночного костра.

Лягушки громко перекликались где-то в камышах. Их глухой, размеренный хор прерывался всплесками.

Я стояла не двигаясь. Воздух, густой, наполненный запахом воды и трав, слегка опьянял. И вроде и ничего особенного, а глаз не оторвать.

Я улыбнулась и, вырвавшись из мужских объятий, прошлась по берегу, утопая каблучками ботинок в мелком влажном песке. Остановилась.

Такая красота вокруг.

За спиной послышались осторожные шаги. Льюис приблизился, и его дыхание коснулось моей шеи. Я замерла. По затылку побежали предательские мурашки, приподнимая волоски. Его пальцы дрогнули, когда легли на мои плечи. Он обнял меня несмело, будто боялся, что я сейчас вырвусь из его рук.

Но я, коря себя за слабость, лишь закрыла глаза.

И не оттолкнула его.

Льюис стоял и не шевелился. Выдохнул. Его губы коснулись моих волос — легкое, почти неуловимое движение. Но какой же жар оно вызвало внизу моего живота! Тело будто пламенем обдало. Я еще никогда прежде не испытывала такого, стоя рядом с мужчиной. И тени на эти чувства не было.

Теперь же голова кружилась. Я замерла, словно боялась, что даже дыхание разрушит этот миг.

«Нельзя, — шептал разум. — Нельзя подпускать его так близко. А если это просто игра? А если в его сердце — пустота?»

Моя челюсть мелко затряслась. Доводы внутреннего голоса сердце слышать не желало. Оно вдруг оказалось глухо и слепо. Я проигрывала сама себе.

Тишину разрезал всплеск воды. Над кувшинкой вспорхнул мотылек, его крылья трепетали в лунном свете, будто вытканные из серебра. Я следила за ним, отчаянно пытаясь отвлечься, прийти в себя. Скинуть это наваждение. Но в груди становилось все жарче.

Томление, тоска, желание... Такое сильное, мощное, что я засомневалась, а мое ли? И нужно было всего лишь сделать шаг вперед. Такая малость, и все это прекратится. Наваждение схлынет, но Льюис, словно чувствуя мою внутреннюю борьбу, притянул меня сильнее. Его руки сомкнулись на талии, моя спина прижалась к его груди — тепло, твердо, неотвратимо.

Сердце бешено застучало.