Книга Судьба, начертанная кровью, страница 186 – Даниэль Л. Дженсен

— А что мне еще оставалось? – Харальд шумно вздохнул. – Я надеялся предотвратить будущее, которое узрела Сага, будущее, о котором она поведала сыну, как-то иначе, без войны, но мои чаяния пошли прахом. Я не могу позволить тебе по наущению «конунга Снорри» нести смерть на мои земли, посему я и здесь.

— Сага предрекла не это! – прогремел Снорри. – За это ты ее и прикончил!

— Мы оба знаем, что не я принес в дом Саги смерть, – спокойно ответил Харальд, и стоящий рядом со мной Бьорн переступил с ноги на ногу. – Этой ложью ты лишь оправдываешь свое стремление пойти войной на Нордланд.

Снорри припал к деревянным перилам, готовый в любой момент прыгнуть вниз и броситься на Харальда лично.

— Лжец! Ты убил Сагу и похитил моего сына!

Я мельком, искоса глянула на Бьорна – он один точно знал, кто здесь говорит правду, а кто разыгрывает представление для своей армии. Но тот смотрел вперед, крепко стискивая перила.

— Можем торчать тут и перекрикиваться хоть целый день, – невозмутимо заявил Харальд, покачиваясь с пятки на носок. – Но это ничего не изменит. Во Фьялльтиндре ты собственными устами заявлял, что используешь Фрею в нападении на Нордланд, а я не дам этому случиться. Так что или отдай ее мне сам, или мы сойдемся в битве за нее здесь и сейчас, дабы сами боги избрали достойного.

— Боги уже предрекли мою победу! – заорал Снорри. – Но если тебе нужны доказательства, ты их получишь!

Он покосился в мою сторону и встретился со мной взглядом.

— Стена щитов.

Пальцы стали ватными, нутро свело, когда я уставилась на Тору, шагнувшую к Харальду. В памяти тут же всплыли мгновения нашей прошлой битвы. Молнии, что вгрызались в плоть и землю, разрывая их в клочья. Как одна пронзила Бодиль грудь. Да, после мне удалось отразить удар и остановить Тору, но сумею ли я подобное повторить?

— Стена щитов! – взревел Снорри, ударяя по щиту мечом. – Стена щитов!

Воины вокруг нас подхватили клич, заколотили оружием по щитам, громче, громче, громче, пока в шуме не утонули даже мои мысли.

Стена щитов.

Я вложила покореженный клинок в ножны и сжала перила, глядя, как меж воздетыми ладонями Торы с потрескиванием зарождается молния.

— Хлин, – шепнула я. – Защити нас.

Сила прокатилась по телу волной, изливаясь из пальцев на стену, мгновенной вспышкой разлетаясь в обе стороны и окружая крепость сияющим светом.

— Еще не поздно, Фрея! – крикнул Харальд. – Зачем людям гибнуть? Теперь нужно лишь решить изменить свою судьбу!

Я обернулась. Гейр все так же стоял на коленях, Рагнар держал у его шеи нож. А Ингрид… а дитя… если я хотя бы не попытаюсь дать отпор Харальду, я всецело верила, что ее прикончат просто мне назло.

Выхода не было. Любой шаг вел к той или иной смерти.

— Бьорн… – Я осеклась, не в силах спросить его, что же мне делать. Не желая перекладывать на него эту ношу, которую должна нести сама. – Кто из них ее убил?

Бьорн сглотнул.

— Ни тот ни другой, Фрея.

— Но ты же говорил, что жаждешь отомстить тому, кто ей навредил? – Я уставилась на Бьорна. – Харальду?

Он с явным трудом заставил себя посмотреть мне в глаза:

— Да, жажду. Но ни тот ни другой ее не убивал.

Осознание пронзило меня до мозга костей, и по моей спине пробежал холодок. У Бьорна шрам с того самого раза, как он впервые призвал пламя Тюра – и поджег хижину. Сага сгорела заживо.