Книга Судьба, начертанная кровью, страница 103 – Даниэль Л. Дженсен

Я затаила дыхание, пока Снорри молча взвешивал мои слова. Наконец он кивнул:

— Поведаешь ей все при первой же возможности. Увы, я хотел, чтобы она спела о твоем рождении в огне и клейме для всех кланов, но теперь это придется отложить.

— Я все ей расскажу, – солгала я, потому что в пещерах были мгновения, о которых миру знать уж точно не нужно.

Снорри коротко кивнул и снова повернулся к Бьорну, а Ильва втолкнула меня за полог:

— Раздевайся. Все мои рабыни погибли, чтобы ты жила, так что мыться тебе придется самой. Живо.

«Вы их убили, а не я», – хотелось мне сказать. Но я лишь стиснула зубы и стянула сперва кольчугу, а потом и одежду под ней, содрогаясь от запаха пота, металла и крови, въевшегося в кожу. В кучу на полу полетели штаны и ботинки, и я понадеялась, что у меня будет время все постирать, прежде чем придется надевать снова, ведь вонь станет только хуже.

Нам принесли ведро горячей воды, и я с трудом принялась расплетать косы левой рукой. Правая ужасно занемела, и без того стянутая шрамами кожа полопалась от ударов по драугу.

— Проклятие, а не девка. Бестолковая. – Ильва поспешила мне помочь. – Голову в ведро.

Она быстро вымыла мне волосы, затем оставила меня оттирать грязь с тела тряпицей. Достав из мешков простое платье, Ильва помогла мне в него влезть, а уже потом оделась сама.

— Что будет ночью? – спросила я, наконец-то получив возможность узнать ответы на вопросы, которые я от себя гнала. За то, чтобы я оказалась здесь для обряда, заплачена чудовищная цена, а я до сих пор понятия не имела, что должно свершиться.

— Все, кто добрался до Фьялльтиндра, принесут жертвы богам, – сказала Ильва. – И ты тоже.

— И все?

Не то чтобы я жаловалась. Если от меня нужно всего лишь прирезать курицу, я это сделаю и глазом не моргнув.

— Потом будет пиршество, но ты немедля вернешься сюда, в безопасность. Здесь тебя защитят руны.

Ильва подошла к стене, где на крюках висела дюжина масок, выбрала ту, что изображала ворона, с ниспадающим плащом из черных перьев. Ильва надела ее мне на голову, и я, подняв взгляд, увидела над своим лбом хищный клюв. Пеплом она нанесла мне тени под глаза, будто я готовилась к битве.

— Как только вы от нас отделились, мы послали в Хальсар вестника, – сказала Ильва, сама надев маску с оленьими рогами. – Рагнар уже мчится сюда с остатком нашей дружины, чтобы мы спустились с горы живыми.

— Они оставят Хальсар без защиты?

— Да. – Ее взгляд был холоден как лед. – Надеюсь, ты ценишь то, что для тебя делается.

И все это ради того, чтобы я прирезала курицу на глазах у толпы.

Словно прочитав мои мысли, Ильва схватила меня за плечи и немигающе уставилась из-за маски.

— Ты – дитя богов, девочка. Ты – одна из судьбовольных, а значит, каждый твой поступок имеет силу изменить твою судьбу и судьбы всех вокруг, к добру или к худу.

Уже не в первый раз эта истина вызывала во мне гнев. Отчаянное желание быть простой смертной, чтобы каждый мог шаг был уже вплетен в полотно судьбы. Ибо мне казалось, что я несусь по неизведанной тропе, где легко сбиться с пути, увлекая себя и всех, кто мне дорог, в пропасть.

Ильва, поджав губы, оглядела меня с головы до ног:

— Времени больше нет, сойдет и так.

Шагнув за полог, мы увидели Снорри и Бьорна, что ждали без масок, в тяжелом молчании. Оба сняли кольчуги, и Бьорн оттер с лица кровь, под зелеными глазами залегли глубокие тени. Измученный, он все равно непоколебимо встал рядом со мной, и его отец одобрительно кивнул, прежде чем выйти наружу, к остальным воинам.