Книга Последний шанс Гесса, страница 112 – Нани Кроноцкая

Беспощадным кинжалом проклятая память вонзилась в сознание. Вопреки собственному запрету — не помнить лиц, не знать имён. Они были расходным материалом. Как и я. Но Гесс… Гесс был другим. И, наблюдая за его уверенным перемещением по маршруту, я не могла не вспомнить их.

Зачем я опять вспоминаю об этом? Первая игра. Мой партнёр, лидер пары — бывший шахтёр с Талоса V. Сильный, грубый. Он видел во мне обузу. «Монашка, ты хоть стрелять умеешь?» — презрительно бросил на старте. Мы пережили отборочный тур потому, что он был как танк, а я вовремя почувствовала засаду ядроидов-пауков. Но когда на Майране в узком каньоне на нас вдруг обрушилась лавина камней, подточенных кислотой, он отбросил меня, прикрывая собой. Щит. Я отделалась вывихом. А он умирал у меня на руках. Долго, мучительно, кашляя кровью и молча. А я выжила. И вспомнила его имя. Крелл. Последний свой вздох он испустил под гул двигателей никуда не спешившего эвакуатора…

Буря стихла. Гесс выбрался из расщелины… Рубашка покрыта ржавой пылью, прилипла к лопаткам. Сосредоточен, но не измотан.

Моя вторая игра. Я — лидер пары. Мой партнёр — краснокожий тиммеранец. Молодой, почти мальчик, с большими, вечно испуганными глазами. Трусливый. Как стая беременных ыс. Его руки тряслись постоянно. Он был морально слаб куда больше, чем просто физически. Гора трясущихся мышц и стучащие зубы. Я злилась. Только это мне и позволило протащить его вялую тушу через отборочный тур.

Но Майран не прощает подобного малодушия.

Ответа вполне ожидаемо не последовало. На пятнадцатый день движения по злополучному континенту мы окончательно заблудились. Выданные навигаторы не работали, карта не соответствовала реальности, а опыта перемещаться по ориентирам… Откуда ему было взяться, подобному навыку? В конце концов, я воспользовалась единственной доступной возможностью вызвать эвакуатор и заявила об окончании нами игры, выставив маяк.

Провизия и запасы воды очень быстро иссякли, энергия подходила к концу. Ещё пару дней мы прятались в полуразрушенном бункере, наблюдая за маяком, и пропустили момент, когда на нас напала стая механических песчаных скорпионов. Каждый мне по колено размером. Быстрых, смертельно опасных и ядовитых рукотворных тварей с зачатками интеллекта привлёк мой стремительно истощавшийся аккумулятор. Злобные и одичавшие боевые машины — страшный отголосок давно отгремевшей на этой планете войны.

Их было штук десять. Глом забился в угол, крича от ужаса — высокий, срывающийся визг, резавший уши хуже скрежета когтей скорпионов по металлу. Я отстреливалась, чувствуя, как в руке раскаляется верный “Стервятник”, как плазмозаряды выжигают дыры в хитине, но не останавливают механическую ярость. Силы были на исходе, а симбиот в моей голове бился в панике, умножая мой собственный. Бой до первой ошибки…

Один скорпион прорвался, петляя между обломками, его жало, блеснув иглой инъектора, метнулось ко мне. Я отпрыгнула назад, невольно метнувшись к груде ящиков у самого выхода из бункера. И тут Глом рванулся. Куда?! В сторону от меня, вглубь завалов, прочь от единственного узкого прохода, который я ещё как-то прикрывала. Бегство? Трусливый позорный рывок в никуда? Мне немедленно захотелось его придушить. Гнев, горячий и беспощадный, сжался в груди кулаком. Я собралась крикнуть что-то презрительное, но звук замер на губах.