Книга Удмуртские мифы. От Инмара и Матери солнца до свадьбы леших и половинчатого человека, страница 89 – Мария Сухова

Итак, жена не понимает просьбы богатыря, даже повторенной трижды. В итоге в самый нужный момент главного оружия у батыра в руках нет. Поэтому второй частью предсмертного проклятья богатыря становится фраза: Куӵо вал – вал ӧвӧл. Бултыр кышно – кышно ӧвӧл / «Пегая лошадь – не лошадь, жена-булты́р – не жена».

«Перед выездом из дома он сказал жене: “Жена, я еду в путь, положи мне хлеба в телегу”. Жена подумала, что он говорит действительно о хлебе, и положила ему хлеба, а он понадеялся на жену и не посмотрел, положила ли она саблю, которую он называл хлебом, или нет» [Гаврилов, 1880: 147].

«…Вот он и посылает их к жене с следующим поручением: “Пусть она пришлет мне гостинец”. Говоря о гостинце, Алгазы подразумевал под этим именем какое-то свое оружие. Но “кенак” не поняла вполне просьбы своего мужа и послала ему в подарок каравай хлеба. <…> И вот тогда Алгазы проклял свою “кенак“, говоря: чем брать “кенак“, лучше жить без жены; пусть теперь никто из хороших людей не берет “кенак“!» [Богаевский, 1892: 173].

Образ женщины-кена́к, жены-булты́р, ставшей реальной причиной гибели богатыря, проходит через все предания героического цикла. Кена́к и булты́р – термины для обозначения женщины, для которой брак с батыром оказался вторым. Это либо сноха-вдова (кена́к), либо сестра жены, ставшая второй женой мужу сестры по смерти своего мужа, а также жена погибшего старшего брата, ставшая женой младшего (булты́р). Она потому не поняла мужа, что была «не вполне жена». Пара река – пегий конь дополняется третьим образом – женщины-булты́р. Богатырь, главными «точками силы» которого были верный конь, волшебный меч и любимая жена, от них и погибает.

Смерть батыров

Не каждого батыра можно просто убить. Разве что это можно сделать специальной палицей-дубинкой, изготовленной из рябины. Однако все батыры умирают в борьбе. Смерть батыра в бою или в противостоянии с врагами – процесс не быстрый. Идна́-батыр, Микола́-батыр, Мардан-атай тонут в той самой реке, в которую их утянула пегая лошадь. Янтамы́р гибнет от рук врагов в бою у оврага или ямы. Донды́-батыра убивают «заговорщики», нанятые его снохой-кена́к Эбгой, которую сыновья Донды́ обвинили в сожительстве со свекром («кена́к – не жена»!). Существует вариант, в котором русская (!) сноха (кена́к!) Идны́ предает своего деверя русскому богатырю. Алгазы́, попав в плен во второй раз, погибает после того, как ему «подрезали жилы, находящиеся в пятке». Кстати, знаменитый герой эпоса о нартах Сослан погибает, когда ему перерезают (переезжают) колени. Но перед смертью батыр успевает сделать два важных дела.

Во-первых, он пытается передать свою силу потомкам, оставив таким образом наследие. Для этого Бурси́н и Алгазы́, например, предлагают врагам вынуть из его мертвого тела кишки и опоясаться ими или обернуть их вокруг дерева.

«Умирая, он просил черемисов обернуть его внутренности вокруг толстого дуба. Они так и сделали: обернули из любопытства вокруг дерева кишки Aлгазы, а сами ушли… Вернувшись обратно, черемисы увидели, что от толстого дуба осталась лишь веточка. Тогда они поспешили разрубить кишки на мелкие части. Если бы они этого не успели сделать до тех пор, пока не уничтожилась оставшаяся веточка, то все потомство Алгазы состояло бы из богатырей» [Богаевский, 1892: 173].