Книга Волны судьбы и таинственная академия, страница 57 – Мария Сухова

Ксюша тут же подняла руку:

— Как это — «знают»? У растений же нет мозга!

— А кто сказал, что знание хранится только в мозге? — улыбнулась Анна Петровна и поднесла лист поближе к окну. — Вот, например, мимоза стыдливая. Её листья складываются от прикосновения. Она не думает — она реагирует. Но если вы будете трогать её каждый день, она перестанет сворачиваться. Привыкнет. Поймёт, что опасности нет. Это не интеллект в нашем понимании, но это — знание. Память.

— А есть растения, которые вообще не похожи на растения, — продолжала Анна Петровна, переходя к следующему стенду. — Взгляните на этот гербарий. Это раффлезия Арнольди. Самый большой цветок в мире. Он пахнет гниющим мясом, чтобы привлекать мух-опылителей. Никто не назовёт его красивым, но он совершенен в своей цели. Он обманывает, чтобы выжить.

Ксюша хмыкнула:

— Прямо как некоторые люди.

В классе засмеялись. Аня улыбнулась, но в голове уже крутилась мысль: «А я? Я ведь тоже притворяюсь. Притворяюсь, что у меня всё получается, что я не боюсь…»

Анна Петровна, будто услышав её мысли, подошла к столу Ани и положила перед ней маленький засушенный цветок — невзрачный, сероватый, с едва заметными прожилками.

— Это растение называется «плаун-баранец», — тихо сказала она. — В народе его называют «ведьминой травой». Говорят, если носить его с собой, он помогает видеть то, что скрыто. Не знаю, правда ли это. Но в старых книгах академии о нём написано много странного.

Аня взяла цветок, и ей показалось, что он чуть тёплый. Она хотела спросить, что значит «странное», но Анна Петровна уже отошла к доске.

— Домашнее задание, — объявила она громко. — Найдите в саду растение, которое что-то скрывает. А в саду академии точно такие есть. Зарисуйте его и опишите. Это не научная работа, но на вашу итоговую оценку повлияет.

Сад академии будто жил своей отдельной жизнью — тихой, скрытной, полной мелких секретов. Тени лежали на дорожках неровными лоскутами, между клумбами витал запах влажной земли и чего-то пряного, а в воздухе кружились редкие лепестки, словно сад сам подбрасывал подсказки: «Смотри сюда… нет, лучше туда…»

Восемь студентов рассыпались по тропинкам, каждый по-своему. Дима шёл, держа руки чуть в стороне, будто боялся, что кусты сами к нему потянутся. Он брезгливо проходил мимо зарослей, даже не дотрагиваясь — только морщился, если ветка нависала слишком низко.

— Фу, тут всё какое-то липкое, — пробормотал он, отступая от куста с глянцевыми листьями, будто тот мог его укусить.

Ксюша, напротив, не могла пройти мимо ни одного растения. Она щупала каждый куст, дёргала травинки, наклонялась к цветам так близко, что почти касалась их носом.

— Ну давай, удиви меня, — шептала она стебельку, будто уговаривала его вскочить и побежать.

Даша и Глаша стояли на полянке, очарованно глядя на подснежники. Они казались здесь неуместными — будто кто-то забыл кусочек зимы посреди весны.

— Смотри, какие они аккуратные, — тихо сказала Глаша, не решаясь дотронуться. — Будто нарисованные.

Аня шла чуть в стороне и вдруг заметила на траве кусочки льда — маленькие, полупрозрачные, с тонкими прожилками внутри.

— Откуда тут лёд? — пробормотала Аня себе под нос, оглядываясь по сторонам. Вокруг было тепло, солнце ласково грело плечи, а земля давно высохла после зимнего снега.