Книга Книга для тебя, страница 94 – Ника Волшебница

— Дура, ну чего тебе не хватает?! — я рассматривала себя в зеркале и не могла понять, что же мне нужно.

Живу с прекрасным мужчиной, ни о чём не нужно тревожиться. Чувствую себя в полной безопасности. Обучаюсь магии и имею дар, которому любой бы позавидовал. Читаю книги, общаюсь с растениями и провожу время так, как я хочу.

Но почему мои глаза снова померкли, будто я не живу, а сижу в треклятом офисе, а на душе тяжело и беспокойно, словно я упускаю что-то очень важное?

— Отто Карлович, как вы думаете, что важнее всего в жизни?

Джентльмен, видимо, тоже скучал — я давно его не видела, но теперь он начал иногда встречаться на пути во время моих походов в лес.

Мы регулярно с ним прогуливались и беседовали на разные темы. Было приятно пообщаться с интеллигентным человеком, умудрённым большим жизненным опытом.

— Я считаю, что семья и стабильность. Можно хоть тысячу раз покорить Эверест или облететь целый мир, можно спасти тысячи людей или засадить деревьями тысячи гектаров… Но какое это имеет значение, когда тебя ждёт пустой дом? Я считаю, что женщина, которая живёт спокойной домашней жизнью, растит детишек и встречает мужа вкусным ужином, куда счастливее, чем та, что покоряет джунгли Амазонии или работает хирургом в горячей точке. А вы как считаете, милочка?

Я призадумалась, примерив на себя разные роли.

— Быть может, я неблагодарная, но я живу такой размеренной степенной жизнью — и мне до боли не хватает джунглей Амазонии или чего-то такого…

— Ну, недаром говорят, что хорошо там, где нас нет. Иногда счастье осознаётся только после того, как мы его уже потеряли. Так что не спешите менять образ жизни, подумайте хорошо. Однако же мне пора. Всего вам добрейшего! — и джентльмен неспешно отправился по дорожке в сторону дач, оставив за собой облако неизменного ромашкового запаха, который я никак не могла разгадать, как ни пыталась.

— Ирма, а вы как думаете, в чём смысл жизни? — я была готова задавать этот вопрос каждому встречному, лишь бы получить хоть какой-то понятный мне ответ.

С Отто Карловичем-то понятно: он мужчина, он озвучил свою позицию. Может, женщина видит ситуацию иначе.

— А нет его! — Ирма села напротив и внимательно уставилась на меня своим взглядом-рентгеном. Я уже научилась воспринимать его спокойно и не отводить глаза, поэтому спокойно смотрела в ответ.

— Знаешь, что самое главное?

Я отрицательно качнула головой. Знала бы — не спрашивала б.

— Чтоб глаза горели!

Это был удар под дых! Ну конечно, она же всё знает. И знает, что меня это и терзает больше всего.

— Ну а как? Как сделать, чтоб они горели?! — мне отчаянно хотелось получить хотя бы мало-мальски внятный ответ, но ведунья осталась верной себе:

— А ответ на этот вопрос есть только в твоём сердце. И оно не лжёт, — с этими словами Ирма встала и по обыкновению отправилась заваривать утренний чай.

Ещё пару недель спустя я плелась на занятия уже в полной темноте под противно моросящим дождём и угнетаемая такой же противной мыслью о том, что мне всё осточертело. Кажется, я опаздывала, потому что с утра никак не могла раскачаться, но доставать телефон и смотреть время под дождём очень не хотелось.

Дверь Ирминого домика не распахнулась, как обычно, и я постучала.

Тишина.

Я постучала более настойчиво и позвала ведунью несколько раз, когда, наконец, заскрежетал замок и дверь лениво приоткрылась на небольшую щёлочку.