Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 94 – Алиса Князева

Потому что по-другому я его не слышала.

Я видела ситуацию лишь с одной стороны. Как муха, которая бьётся в стекло и не понимает, что окно открыто, нужно лишь немного сместиться.

И как назло, именно теперь, когда я готова его слушать, он ничего не может мне сказать. Лежит без сознания, пустой, как выгоревший дом. И я не знаю, очнётся ли он. И если очнётся, узнаю ли я об этом.

До города я добираюсь ближе к вечеру. Солнце уже клонится к закату, когда я вхожу в знакомые улицы. Казалось, прошла целая жизнь.

Дверь дома открывается раньше, чем я успеваю постучать. На пороге — Игнис. Он смотрит на меня широко открытыми глазами, и через секунду его лицо озаряется улыбкой — той самой, детской, искренней, которую я так боялась больше не увидеть.

— Кайлис?! Это правда ты? Вернулась!

Он бросается ко мне и обнимает так крепко, что я едва не падаю. Кажется, я только сейчас вернулась в ощущение реальности из состояния, похожего на транс, в котором была всё время с момента, когда декан сказал мне, что я отчислена. Большая часть дня просто вылетела из жизни, не осев в памяти.

Я прижимаю его к себе и чувствую, как к горлу подступает ком. Мой маленький брат.

— Я скучал! — говорит он, уткнувшись лицом в мою форму. — Ты надолго?

Не отвечаю. Потому что не знаю, что сказать. Навсегда? На час? Я так хотела быть рядом с ним всё это время, а теперь, когда моё желание исполнилось, поняла, что на самом деле хотела совсем другого?

— Пойдём, ну! — Игнис тянет меня вглубь дома. — Мы как раз садились кушать! Мама! Папа! Кайлис вернулась! Ставьте ей тарелку!

Из гостиной выходит отец. Его лицо — как всегда, суровое. Но когда он видит меня, в нём мелькает что-то ещё. Удивление? Надежда? Оно исчезает слишком быстро, и на смену приходит знакомое раздражение.

— Кайлис. Почему ты здесь? Занятия закончились? Тебя отпустили?

— Нет, меня… отчислили, — говорю я прямо. Нет смысла врать или тянуть. — Прости, отец. Я не смогла учиться в Крайгисе. Там… нужны люди с даром. Я там бесполезна.

Повисает тишина. Игнис замирает. Его ладошка, сжимающая мою, напрягается.

— Что ты сказала? — голос отца звучит тихо, но я знаю этот тон. За ним всегда следует взрыв.

— Меня отчислили, — повторяю я. — Декан сказал, что я...

— Ты опозорила нас! — он не даёт мне договорить. Его голос взлетает до крика за миг, заставляя меня вжать голову в плечи. — Ты опозорила наш род! Хоть понимаешь, что ты наделала?!

— Я ничего не сделала! — пытаюсь возразить я. — Ты прекрасно знаешь, что у меня нет маг...

— Молчи! — отец шагает вперёд. Игнис отшатывается от меня, испуганный. — Я дал тебе шанс! Я позволил Вентарису забрать тебя! Я думал, что из тебя выйдет хоть что-то! А ты... вернулась с позором! Принц сделал нам великое одолжение, что забрал тебя и чем ты отплатила?

Его слова бьют, как пощёчины. Каждое — точно в цель. Вероятно, Вентарис и правда разозлился бы, но его тут нет. Я не узнаю, что он думает, если… нет… пока он не очнётся. И когда он очнётся, мне будет плевать. Даже если Вентарис наорёт на меня — пусть. Лишь бы очнулся.

— Ты мне не дочь, — говорит отец, и его голос вдруг становится ледяным. Спокойным и это хуже крика. — Ты опозорила наш род. Тебе не место в моём доме. Убирайся отсюда. Сейчас же.

Они сговорились сегодня?