Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 32 – Алиса Князева

— Я тебя даже не знаю, — вырывается у меня. — Как я могу с тобой здороваться, если вижу в первый раз?

— А ты запомни, — встревает вторая, с короткой стрижкой, — и кланяйся при встрече. Чтобы мы знали, что ты помнишь.

Они смеются. Коротко, зло.

Я сжимаю зубы. Руки сами сжимаются в кулаки, но я заставляю их расслабиться. Драка не выход. У меня нет магии, сил, нет поддержки. Если я ударю, меня просто размажут.

Но и кланяться не стану. У меня ещё остался здравый смысл. Даже после того, как Алрой затащил меня на боевой.

— Ладно, — говорит вдруг блондинка, и её тон меняется. Становится задумчивым, почти ядовито-любопытным. — Я слышала, ты на личном кураторстве у принца Вентариса.

Я замираю. Это откуда они знают?

— Слухи ходят, — подтверждает мою мысль короткостриженая. — Говорят, он отказался брать опытную группу. От нормальных, сильных магов, чтобы возиться с какой-то пустышкой.

Они смотрят на меня с новым интересом. В их глазах — не просто презрение. Там что-то ещё. Зависть? Непонимание? Жадное любопытство?

— И что же ты такого делаешь, что принц тратит на тебя своё время? — блондинка наклоняет голову, и её взгляд становится масляным, скользким. — Может, у вас какие-то... особые отношения?

До меня доходит.

Они думают, что я его любовница? Что я сплю с ним? Получила место на боевом факультете не потому, что я аномалия, не потому, что он видит во мне какой-то интерес, а потому что...

Я смеюсь.

Это вырывается само. Короткий, хриплый, почти истерический смех.

Отношения. С ним. Боги.

— Ты чего ржёшь? — блондинка теряет уверенность.

— Отношения, — выдыхаю я, всё ещё смеясь. — Вы серьёзно? Он же... — я машу рукой, пытаясь подобрать слова. — Ох, девчонки, серьёзно. Завязывайте с этими теориями. А то ещё сочтут за оскорбление королевского рода. Принц и я, ох, предки, — я стираю выступившие в уголках глаз слёзы. — Большей чуши я в жизни своей не слышала.

Я делаю шаг вперёд, и они, от неожиданности видимо, расступаются.

— Спасибо за беседу, — бросаю я, проскальзывая мимо них. — Очень познавательно.

Дверь закрывается за мной, отсекая их возмущённые лица.

В душевой пусто. Слава всем богам. Я прислоняюсь спиной к холодной стене, закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Потом ещё один.

Отношения. С Алроем Вентарисом.

Предки… этот мир сошёл с ума. Как они вообще до этого додумались?

С другой стороны, Вентарис и правда странный. Почему он отказался от опытной группы? Почему возится именно со мной?

Я отгоняю эту тень. Некогда. Нужно мыться.

Сбрасываю форму. Под прохладной водой, льющейся из лейки, усталость отступает, но не уходит. Просто становится чуть менее невыносимой.

Я стою, закрыв глаза, и позволяю воде смывать пот, грязь и прилипшие к коже иголки.

Интересно, что сейчас делают нормальные люди? Завтракают? Спят? Мечтают? А я стою в общей душевой, почти голая, мимо проходят незнакомцы и незнакомки и радуюсь тому, что хотя бы вода есть, пусть и не слишком горячая.

Усталость побеждает стеснение. Мне плевать, кто зайдёт. Плевать, что обо мне подумают. Я просто хочу чувствовать себя чистой.

Когда я выхожу, девушек уже нет. Коридор пуст. Я добираюсь до своей комнаты без приключений, захожу, закрываю дверь и выдыхаю.

Комната такая же, как утром. Кровать, тумбочка, шкаф. Но сейчас это кажется раем. Я сажусь и просто сижу, глядя в стену. Минуту. Пять. Десять.