Книга Развод с князем. Хозяйка доходного дома, страница 30 – Лилия Тимолаева

Без имени я обойтись не могла хотя бы потому, что человек провел с нами почти четыре часа.

Его звали Елисей Громов.

Лет сорока, сухощавый, очень спокойный. Он пришел с собственной лупой, линейкой, двумя чистыми тетрадями и выражением лица человека, которому искренне нравится порядок в документах.

Я показала ему копии договора Недолина и соглашения.

Елисей прочитал их один раз.

Потом второй.

— Подделка? — спросил Степан.

— Не похоже.

— И все?

— А вы хотели, чтобы я за пять минут нашел преступление?

— Я хотел, чтобы вы нашли хоть что-нибудь.

Громов повернулся ко мне.

— Что именно вас беспокоит?

— Все.

— Это неудобный объем.

— Тогда начнем с конкретного. Человек три года имеет право пользоваться галереей. Никогда не появляется. Управляющий дома не знает о его существовании. Галерея стоит пустой. За три недели до развода князь продлевает договор еще на два года. Через две недели после того, как я начинаю сдавать помещения, появляется требование немедленно все закрыть.

Елисей записал даты.

— Платеж подтвержден?

— Да.

— Передача помещения?

— Формально да.

— Регистрация?

Я остановилась.

— Какая?

— Долгосрочные права по крупным коммерческим помещениям обычно вносят в городской реестр имущественных соглашений. Не всегда это обязательно, зависит от формы договора, но крупные собственники почти всегда регистрируют. Иначе потом возникают споры.

Вот зачем полезен человек, который делал это каждый день.

— Где проверить?

— В управе.

— Сегодня?

— До пяти принимают запросы.

Степан посмотрел на часы.

— Успеем.

— Еще что?

Елисей перелистал договор.

— Нумерация.

— Что с ней?

Он показал верхний угол.

— Номер соглашения относится к серии коммерческой конторы Левшиных. Все нормально. Но если хотите проверить, не оформлял ли князь другие права на дом через центральную контору, понадобится реестр исходящих договоров.

— У Степана его нет.

— Тогда у князя.

— Он наверняка с удовольствием отдаст.

Елисей не отреагировал на иронию.

— Есть второй путь.

— Какой?

— Проверить все документы, которые имеются у вас. Если найдем договоры с номерами той же серии или ссылки на соглашения, которых нет в доме, составим список.

Я посмотрела на шкаф.

Там стояли договоры тридцати четырех квартир.

Шести лавок.

Каретников.

Складов.

Служебных помещений.

— Сколько времени?

— Сегодня начнем. Завтра закончим основную сверку.

Степан тяжело выдохнул.

— Опять все книги доставать.

— Вы же хотели что-нибудь найти.

— Я хотел найти одну проблему. Не сорок.

Елисей впервые улыбнулся.

— В недвижимости одна проблема встречается редко.

Я тоже могла бы это подтвердить.

Мы разделили работу.

Степан доставал домовые экземпляры.

Елисей проверял форму, номера, подписи и необычные условия.

Я сопоставляла даты и платежи.

К вечеру стало ясно: договор Недолина не единственная странность.

Но слово «странность» еще не означало «обман».

В квартире номер девять действовал договор со ставкой, которая не менялась уже пять лет.

В семнадцатой жилец имел право отказаться от договора в любое время без обычного уведомления.

У двух лавок были дополнительные соглашения через княжескую контору.

Еще одна квартира сдавалась по цене намного ниже соседних.

— Почему? — спросила я у Степана.

Он заглянул в номер.

— Там Варвара Егоровна.