Книга Сердце проклятого принца, страница 71 – Кристин Бах

— Я не собираюсь спорить с замком, Элиза. Мне достаточно услышать, что вы действительно здесь и с вами всё в порядке. Но я хочу понять, почему вы ушли через весь дом среди ночи, никого не предупредив.

Я села на кровати и обхватила колени. Правду отделяла от меня только тонкая деревянная дверь. Можно было сказать, что за стеной смеялась Сесилия, что потом заскрипела кровать, а воображение оказалось намного беспощаднее любых звуков. Но такое признание ничего бы не изменило. Рейнар не обещал мне верности, я не имела права её требовать, а собственную боль не собиралась класть перед ним на ладонь для любопытного разглядывания.

— Я не могла уснуть и пошла искать книгу, — ответила я наконец. — Это неразумно, признаю. В следующий раз оставлю Кларе записку.

— В вашей гостиной стоят книги.

— Три сборника проповедей, описание охоты на лис и родословные северных семейств. Даже бессонница не заслуживает такого наказания.

Несколько мгновений за дверью было тихо. Потом Рейнар неожиданно усмехнулся — коротко, будто смех вырвался прежде, чем он успел его остановить.

— Вы подняли на ноги полсотни человек из-за плохого выбора книг и ещё находите силы оскорблять моих предков.

— Ваши предки переживут. Они записаны в четырёх томах и занимают лучшую полку.

— А я, по-вашему, переживу всё остальное?

Вопрос прозвучал уже не насмешливо. Я замерла, не понимая, что именно он имеет в виду, но Рейнар не стал объяснять.

— Когда я увидел пустую постель, — продолжил он после паузы, — то решил, что вас похитили. Потом — что вы одна ушли из Эшворта. После случившегося в лесном доме оба предположения показались достаточно правдоподобными, чтобы я потерял терпение. Это не оправдывает моего тона в библиотеке, но объясняет его.

Так говорил человек, не привыкший оправдываться вовсе. Слова давались ему трудно, и оттого сердиться становилось опасно: вместо обиды появлялось желание открыть дверь, увидеть его лицо и сказать, что он зря боялся. Я крепче сцепила пальцы на коленях.

— Я не хотела вас тревожить. Но сейчас мне действительно нужно побыть одной.

Рейнар не потребовал объяснений. Не напомнил, что дом принадлежит ему, и не попробовал открыть дверь своим ключом. Он лишь тихо постучал костяшками по дереву, словно отвечая на прикосновение, которого между нами не было.

— Хорошо. Отдыхайте. И если снова пожелаете исследовать Эшворт ночью, разбудите хотя бы собаку. Она умнее большей части моей стражи и почти наверняка сообщит, где вас искать.

— Рыжка спала у камина. Я не хотела её будить.

— Разумеется. Собаку вы пожалели.

В его голос вернулась сухая ирония, но настоящей злости уже не осталось. Шаги удалились по смежной гостиной, затем закрылась дальняя дверь. Я легла и натянула одеяло до подбородка. Победы не было. Я сохранила тайну, но от этого сердце не перестало болеть.

Через час пришла госпожа Марш. Экономка принесла завтрак сама, хотя обычно этим занималась Клара, и поставила поднос на стол с осторожностью человека, которому поручено не только накормить гостью, но и убедиться, что та не исчезнет снова.

— Молодой господин распорядился открыть вам доступ во все книгохранилища Эшворта, — сообщила она, снимая серебряную крышку с тарелки. — Также велел передать это.

На её ладони лежал старый бронзовый ключ с потемневшей розой на головке.