Книга Сердце проклятого принца, страница 215 – Кристин Бах

— И теперь хотите, чтобы за неё заплатили остальные.

— Я хочу получить обещанное.

— Рейнар обещал жениться?

Сесилия замолчала.

— Нет, — ответила я за неё. — Он дал дом, деньги и близость. Вы надеялись на большее, а Аларик поддерживал надежду, потому что ему требовались ваши глаза возле племянника.

— Он любил меня до вашего появления.

— Возможно, по-своему. Но вы сами сказали Джулиану: вашей задачей было не позволить другой женщине задержаться. Вы защищали не отношения с Рейнаром, а обещание Аларика.

Её рука снова поднялась. На этот раз я не отвернулась.

— Ударьте, — предложила я. — Это не сделает ложь правдой.

Сесилия медленно опустила ладонь.

— Вы считаете себя лучше.

— Нет. Считаю, что у вас был выбор. Можно было рассказать Рейнару об Аларике. Уехать. Начать жизнь без мужчин, назначавших цену вашей красоте. Вместо этого вы помогли убить короля и человека, которого называли любимым.

На мгновение в её лице появилось сомнение. Настоящее, болезненное. Потом дверь открылась, и оно исчезло.

— Вы ведёте её не туда, — вмешался Джулиан.

Он вышел из боковой двери с саквояжем в руке. На рукаве темнело пятно от воды, колено после моего удара заметно берег.

— Рейнар нашёл проход. Старый тронный зал подготовлен. Герцог ждёт.

— А король? — спросила я.

Доктор отвёл взгляд.

— Жив.

— Какой яд?

— Сейчас это не имеет значения.

— Для вас, возможно. Если он жив, ещё можно помочь. Горечь во флаконе напоминала наперстянку, но пульс был слишком медленным ещё до приёма. Вы добавили морозник? Или яд морского лука?

Джулиан посмотрел на меня слишком быстро. Морской лук.

— Даже если угадаете, добраться до него не успеете, — сказал он.

— Зато успеет суд, когда узнает, кто готовил настой.

— Довольно, — оборвала Сесилия. — Ведите её.

Мужчины встали по сторонам. Джулиан хотел взять меня за локоть, но я отшатнулась.

— Не прикасайтесь.

Он опустил руку. Нас повели по коридору. Я шла сама, сохраняя силы. На полу иногда мелькали следы белой пудры. Значит, метки не стёрли. Оставалось надеяться, что Рейнар найдёт их раньше, чем Аларик закончит свой замысел.

* * *

Рейнар

Третью метку нашёл не я.

Кухонная судомойка прибежала к страже в слезах и сообщила, что принцесса говорила из стены. Девочка запомнила не всё: Элиза просила позвать меня, сказала, что отца отравили, и назвала имя Мерсера. Последние слова заглушил шум. Я добрался до кухни вместе с капитаном Греем. За котлами обнаружилась скрытая дверца, заваленная медной посудой. Один из поваров утверждал, что её не открывали тридцать лет.

На внутренней стороне белела нарисованная пудрой роза. Элиза выбралась сама. Я прижал пальцы к знаку. Порошок пах старой косметикой и едва заметно — её кожей. Рядом на камне оставались свежие царапины.

— Она шла отсюда, — сказал я капитану. — Потом её снова поймали.

— Почему вы решили?

— След обрывается. И здесь кровь.

На краю дверцы темнело маленькое пятно. Неясно, её или похитителя. Зверь рванулся наружу, требуя бежать по запаху, но узкий проход не позволял обратиться. Первая развилка встретила нарисованной стрелкой. На второй были три белые точки, на третьей — ещё одна роза. Элиза оставляла путь так, как отмечала растения в лечебных записях: цветок означал верное направление, точки — сомнение или опасность.