Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 8 – Анна Томченко

Я понимала, что хотел сделать Яков. Он хотел меня по максимуму унизить. У него не получалось этого сделать на юридическом поприще и поэтому он хотел меня окунуть в дерьмо прилюдно, на глазах у многих общих знакомых.

Я вскинула брови, тяжело вздохнула.

— Спой, моя птичка. Ну, а если мне не понравится, то Лина преподаст тебе пару уроков. У неё голосок послаще. В принципе, как и она сама.

Я склонила голову к плечу и посмотрела на смазливую рожу его любовницы и на ухмыляющуюся физиономию непосредственно виновника всего этого безобразия. Протянула руку и погладила Якова по груди.

— Спою, спою, — ласково произнесла я и развернувшись, пошла в сторону сцены.

Глазами цепляла знакомых. А вот, например, был очень важный человек — один из владельцев нефтепереработки. А вот здесь сидел арабский инвестор.

Я улыбнулась пошире, поярче и глубоко вздохнув, приблизилась к микрофону.

— Здравствуйте, дорогие гости. Рада приветствовать вас всех сегодня здесь. Я, можно сказать, с корабля на бал. Прилетела, так сказать, в северную столицу по пути, направляясь в Ниццу.

В этот момент Яков что-то понял.

— Я хотела бы открыть этот вечер своими поздравлениями и тостом за моего бывшего! Песня группы «Ленинград»! Погнали, ребята!

* * *

В которой становиться ясно, что Яша плохой акробат…

— Официаааант, я здесь проездом из Москвы и сразу в Ниццу. Заскочить я вдруг решила к вам в культурную столицу. Я с дороги только что, и я несколько устала. Мне б шампанского бокал. А не найдётся ли «Кристалла»?

Я специально выбрала максимально противоречивую песню из репертуара популярной группы для того, чтобы Яша понял, что со мной так шутить не надо.

Он хотел, чтобы я ощутила на себе все спектры унижения в этой истории. Ну так пусть готовится к тому, что унизят его. Унизят противоречивой песней с неоднозначным посылом при всех его инвесторах. Особенно при вон том, который из Эмиратов, по-моему. Но, судя по нахмуренным бровям и чисто восточному колориту, да, оттуда.

Я сделала шаг в сторону и дорогое платье цвета алой вишни разъехалось по разреза до бедра.

Красиво было.

И когда я пропела первое четверостишие, Яша понял, чем ему это грозит. И он даже подорвался, но его милая зазнобушка Лина не дала ему никуда шагнуть. Она поймала его за локоть и мягко улыбнувшись, взмахнула рукой, намекая на то, что ну пусть, пусть она споёт. Поскольку праздник был её, Яша особо не смог распорядиться тем, какой репертуар будет проигран на этом вечере.

Когда я медленно обернулась в сторону музыкантов, клавишник, который сидел неподалёку от микрофона, пропел свой припев. Я поаплодировала ему, намекая на то, что он молодец. А потом продолжила:

— Ну хорошо, несите водку. Только стопку и не больше. Я пила её однажды, дегустировала в Польше. И скажу вам, не стесняясь: водка — это не моё. На вкус, резка немного, как шампанское “Моёт”.

Парнишка за клавишами снова включился в исполнение и я поаплодировала. Спустилась медленно со сцены для того, чтобы петь уже в зале. За барной стойкой, которая была позади всех столиков, началось какое-то оживление, но я не обратила на это никакого внимания.

В этот момент Яша, поймав мой взгляд, тяжело вздохнул и покачал головой, намекая на то, что я доиграюсь. А я не собиралась с ним больше играть. Мне достаточно было игр, когда на протяжении всего этого времени, которое я проводила с момента его измены, меня всю выворачивало.