Книга Такая разная любовь, страница 216 – Рацлава Зарецкая

Макс разлил чачу по стаканам, мы дружно чокнулись и залпом выпили напиток, который оказался весьма приятным на вкус.

— Ну как? — поинтересовался Данил у Макса.

— Фигня, — скривился тот. — Не берет.

— Ну, это мы еще посмотрим, — самодовольно заявил Данька.

И, действительно, посмотрели…

— Фигня твоя чача, — повторил Макс, допивая второй стакан. — Как будто лимонад пьешь.

— Ещё по одной? — предложил Дракон.

Воронов кивнул и разлил напиток по стаканам. Так, спустя полчаса, три литра чачи были выпиты.

Мы с Машкой, выпив всего по стакану, все это время наблюдали за парнями и еле сдерживали смех. Судя по их разговорам и жестам, они давно были страшно пьяны, но, почему-то, пока этого не понимали.

— Надо пойти, воды набрать из колодца. У нас все ведра пустые, — вдруг сказал Макс.

— А я пойду, отолью, — объявил Дракон, вставая из-за стола.

— И они разошлись, как в море корабли… — сказала Машка, наблюдая, как парни удаляются в разные стороны.

— Смотри-ка, — сказала я, — хорошо пошли. Будто и не пили вовсе.

Машка кивнула.

Я проводила взглядом высокую и стройную фигуру Макса и тихо вздохнула.

— Может, я зря ему отказала? — внезапно спросила Машка.

— Кому? — спросила я, поворачиваясь к подруге.

Машка смотрела на Дракона, поднимавшегося по лестнице в туалет. Я хотела что-то сказать, но не успела. Данька, занося ногу на следующую ступеньку, внезапно споткнулся и с грохотом скатился на землю.

— Ах ты ж, говно на палочке! — донеслись до нас его ругательства.

Тут же мы услышали еще один грохот, но уже со стороны колодца. Я вскочила и побежала к Максу, а Машка — к Даниле.

Приближаясь к колодцу, я увидела, что по дорожке, выложенной плитками, ручьями течет вода.

— Ты в порядке? — спросила я Макса, сидящего на траве, рядом с колодцем. Тут же валялись пустые ведра.

Макс поднял на меня мутные глаза и хохотнул:

— А чача-то не фигня! — сказал он, подняв к верху указательный палец.

Я от души засмеялась. Слава богу, с ним все в порядке.

— Дракона возле туалета накрыло, — сказала я сквозь смех. — Он с лестницы свалился.

— Кубарем? — поинтересовался Макс.

— Угу.

Воронов зашелся диким смехом. Я стояла рядом и тоже хохотала.

— А меня вот около колодца накрыло, — сказал он, пытаясь встать на ноги.

— Я уже это поняла, когда увидела ручьи на дорожке, — заметила я, помогая парню подняться.

Вместе мы, шатаясь, дошли до лавочки, и с облегчением сели на нее. Макс закрыл глаза и прошептал:

— Хорошо тут. Тихо. Спокойно.

— Угу, — согласилась я.

Макс глубоко вдохнул и выдохнул.

— Летние запахи чудесны.

Я кивнула. Мне было непривычно разговаривать с пьяным в щи Максом, который сидит, пошатываясь, и восхищается природой.

— Может, прогуляемся? — спросил он.

— А ты сможешь идти? — удивилась я.

Воронов пожал плечами.

— Если только ты будешь поддерживать меня за руку.

Я кивнула. Мы поднялись с лавки, вышли за калитку и пошли вдоль цветущего луга.

Макс молчал. Я тоже ничего не говорила. Постепенно шаг Воронова становился увереннее. Наверно, действие чачи прекращалось. Мы дошли до огромной поляны ромашек, тех самых, которыми пестрел Интернет, при запросе «Байдарская долина». Я машинально сорвала один цветок и начала отрывать лепестки. Закончив, я выкинула оставшийся желтый кружок.

— Любит? — спросил Макс.