Книга Погребённый Князь, страница 74 – Евгений Ключников

Он, конечно же, мог отпустить их — открыть клинок и позволить им уйти вниз. Вот и гул под часовней стал мягче и ласковей:

— ВОЗВРАТИ И НАСТАНЕТ ПОКОЙ…

Северин улыбнулся в ответ:

— Всё именно так, я только и живу, что ради твоего упокоения.

Он ударил Нарушителем Цикла по алтарю часовни — камень раскололся и родовой волк Дорнов, до того скрытый под белой штукатуркой, показался из глубины. Рассечённая голова зверя проступила на старом камне, а по трещине между половинами морды потекла кровь Северина. Белый свет фонарей вновь погас погас — тёмное искусство Северина, выполненное в его родовой часовне и подпитанное его древней кровью, было сильнее жреческих фокусов. В короткий миг часовня погрузилась во тьму и пламя битвы разгорелось с новой силой.

Келль сражался лучше всех остальных. Он не тратил время на крики и молитвы и не испытывал никаких детских надежд касательно того, что серебряные цепи могут удержать противника. Сотник собирал выживших раз за разом, отступал от стены к стене, заставлял копейщиков держать строй, а арбалетчиков стрелять только тогда, когда те точно видели цель. Дважды его клинок доставал доспех Северина: один раз рассёк предплечье, а второй — вошёл под рёбра.

Келль выдернул меч и отступил:

— Неужели тебе не противно собственное существование?! — спросил сотник.

Кровь текла по боку Северина, но рана уже начинала медленно стягиваться.

— Я таков, каков я есть, солдат.

— Тогда давай закончим это! — крикнул Келль.

— Варенций был бы рад этому. Твоя смерть породит волну праведного гнева, войска сами двинутся сюда, чтобы отомстить за тебя.

Келль замер на долю мгновения.

— Я здесь не из-за него! Я выполняю свой долг перед человечеством.

— Нет. Ты просто пришёл по его приказу.

Они столкнулись возле разбитого алтаря. Келль отбил первый удар, второй… Третий заставил его рухнуть на колено. Нарушитель Цикла становился тяжелее с каждой отнятой жизнью и даже такой опытный воин как Келль с трудом парировал удары.

Сотник как будто понял это. Он отбросил свой меч и выверенным движением схватил Северина за запястье обеими руками, пытаясь не дать нанести следующий удар. Они стояли лицом к лицу среди тел.

— Там снаружи мои люди, — выдохнул Келль, — Никто из них не был причастен к твоему свержению!

— Теперь поздно, человек.

— Ты напрасно убил их! — рычал он сквозь зубы.

— Я убил их за то, что они пришли на мою землю, в мой дом, чтобы уничтожить его.

— Они исполняли приказ!

Северин наклонился ближе.

— Приказ — это нож, который трус прячет в рукаве, чтобы в удобный момент вонзить его в спину своему господину, а после сказать себе — ой, это ведь был не я!

Он вырвал руку без всякого труда. Нарушитель Цикла вошёл сотнику под сердце. Душа Келля сопротивлялась молча. Не молилась, не просила, не проклинала. В последние мгновения Северин увидел его воспоминания: пограничная война, жена, умершая от лихорадки, сын в королевской школе, солдаты, которых он вытаскивал из-под стрел и деревня, которую сотник однажды отказался сжечь вопреки приказу.

Северин понял, что это был хороший человек. Его душа вошла в клинок с тяжёлым вздохом его обладателя.

— Ты был добрым человеком и великолепным воином, сотник, — помрачнев, сказал Северин, — Мне не жаль тебя, но я уважаю тебя, — он поднял клинок так, чтобы сосуд с душами оказался перед его лицом.