Онлайн книга «Погребённый Князь»
|
Белая нить жреца поднялась немедленно, и была она куда ярче, куда полнокровнее, чем скудная душонка палача. Вскормленная годами чужих молитв, властью над чужим страхом и привычным поклонением толпы, она набухла и стала аппетитнее других. Бледная нить дёрнулась к камню площади, туда, где под самым городом уже раскрывала объятия Белая Бездна. Северин ощутил это притяжение и сжал рукоять крепче. — Нет уж, ни одна душа из тела, умерщвлённого этим клинком, не окажется в пасти этой голодной собаки! Нарушитель Цикла ответил такой жадностью, которая не имела ничего общего с жаждой крови, знакомой всякому проклятому из рода Дорнов. И всё же что-то общее у них было, нечто тёмное, едва уловимое… Душа жреца втянулась в клинок. Теперь голосов стало двое. К палачу, до сих пор не умолкавшему, добавился молящийся жрец. — Белая Бездна, благочестивая опора мира, прими меня, прими меня, на что ты меня оставила? Прими меня, прими меня… — Ты что, ослеп?! Она не слышит тебя, старик! Он запер нас здесь, это тюрьма! — Это всего лишь испытание воли, эта тьма — ложная, свет Бездны рассеет ее. Конец придёт! Конце точно придёт… — продолжал старик, споря с палачом. Северин оскалился от отвращения. Два голоса, всего два, а уже тяжело собраться с мыслями. Они не растворились друг в друге, не слились в безликую силу, как ожидал Северин. Каждый остался собой. И оба ненавидели Северина той чистой ненавистью, какая рождается только у обманутых перед смертью душ. Толпа наконец подняла вой. Они наконец поняли, что привычный им мир перестал существовать и теперь они оказались в водовороте времени перемен, раскрученном неведомой клыкастой тварью, которой даже закон Белой Бездны не писан. Первыми от этого крика очнулись стражи — у Колокола их всегда было в достатке. Серые плащи с нашитыми белыми кругами двинулись с трёх сторон разом. Зазвучали приказы о закрытии ворот площади. Кто-то требовал и послать за легатом. Кричали и о том, чтобы никто не атаковал в одиночку. Северин смотрел на их суету, впервые отчётливо чувствуя, что Нарушитель Цикла, чью рукоять он сжимал в ладони, это не просто оружие, послушное воле хозяина. Клинок испытывал куда более мучительную жажду, чем сам Северин, но при этом не требовал утолить ее, как это делает Белая Бездна. Он терпеливо ждал, осознавая ту тяжкую неотвратимость происходящего вокруг — он знал, что новые души вот-вот наполнят его. — Упьёмся же их страданиями! — сказал он вслух, обращаясь к клинку. Одно из копий устремилось к вампиру. Северин рванул навстречу, позволяя наконечнику скользнуть лезвием вдоль бока. Металл вспорол кафтан, но не повредил самому Северину — местные стражи никогда не ожидали увидеть здесь нечистую силу, да и не были храмовниками сами по себе. Так, рядовая солдатня. Нарушитель Цикла обрушился на врага резкой контратакой — удар прошёл плашмя по древку, оттуда к запястью, где отсёк от ладони большой палец под корень, а затем поднялся вдоль руки к горлу. Кровь рванула рекой из идеально ровного среза. Северин ощутил, как копилочка душ пополнилась новой монеткой. Третий голос ворвался внутрь темницы душ, полный неподдельного, почти детского отчаяния. — Что?.. Что это?! Я умер?.. Нет!.. Нет, нет, нет! Она же ждет меня, что она будет делать без меня?! А дети?.. Они же все сгинут в нищете! |