Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 129 – Евгений Ключников

— Мы рады видеть вас снова в городе, Дамир, — сказала одна из женщин, жемчужная и гладкая, как дорогая статуэтка. — И, конечно, вашу супругу. Для всех это стало такой неожиданностью.

— Для некоторых — неприятной, — ответил Дамир.

Женщина моргнула.

Ася сделала вид, что смотрит на зал, но внутри почти аплодировала.

— Вы всегда так прямолинейны? — спросила другая, пытаясь спасти разговор.

— Нет. Сегодня я вежлив.

Пауза.

Ася поняла, что если сейчас не вмешается, обе женщины либо отступят, либо превратят их в еще больший скандал.

— Дамир Сергеевич просто давно не выходил в свет, — сказала она мягко. — У него еще не восстановилась переносимость светских эвфемизмов.

Женщины перевели взгляд на нее.

Дамир тоже.

В его глазах мелькнуло откровенное удовольствие.

— О, — сказала жемчужная дама. — Какая... интересная формулировка.

— Я учусь у мужа, — ответила Ася. — Он считает, что точность полезнее красоты.

— Опасный взгляд на светскую жизнь.

— Мы ведь на благотворительном вечере, — сказала Ася. — Иногда опасно бывает полезно.

Женщины ушли через минуту, унося с собой новую тему для шепота. Дамир наклонился чуть ближе.

— Неплохо.

— Я сказала глупость?

— Нет. Вы ударили маленькой вилкой и попали в глаз.

— Дамир.

— Метафорически.

— Надеюсь.

— Почти.

Она отвернулась, скрывая улыбку.

Но легкость длилась недолго.

Отец подошел без Ларисы и Миланы. Один. Это было хуже. Когда Виктор Сергеевич шел один, значит, он не собирался устраивать семейную сцену. Он собирался вести переговоры.

— Дамир Сергеевич, — сказал он ровно. — Рад, что вы нашли время.

— Для фонда с такой историей время всегда находится.

— Надеюсь, история здесь означает благотворительность.

— Я редко надеюсь, Виктор Сергеевич. Плохая привычка для нашего круга.

Отец перевел взгляд на Асю.

— Ты хорошо выглядишь.

Она удивилась. Не словам — тону. Он был почти отцовским. Почти. И именно это сделало фразу опаснее.

— Спасибо.

— Рад, что дом Воронцова не так плохо на тебя влияет, как можно было опасаться.

Дамир стоял рядом очень спокойно. Но Ася почувствовала, как у него напряглась рука под ее пальцами.

— Опасались? — спросила она.

— Любой отец беспокоится о дочери.

Вот тут ей стало холодно.

Любой отец.

Так просто. Так чисто. Так безупречно для чужих ушей. Люди рядом слышали бы заботу. Ася слышала папку. Телефон. “Узнай, где документы”. “Не заставляй меня напоминать”. “О тебе”.

— Конечно, — сказала она. — Особенно если сам выбрал, куда ее отправить.

Виктор Сергеевич посмотрел на нее. Не зло. Тихо. Предупреждающе.

— Ася.

Дамир мягко накрыл ее пальцы своей ладонью. Не удержал. Просто коснулся — едва заметно, но достаточно, чтобы она поняла: не здесь. Не так. Не отдавай ему вспышку.

Она выдохнула.

— Не волнуйтесь, папа, — сказала она уже ровнее. — Я в порядке.

— Я вижу. Серебро тебе идет больше, чем белое.

Это был удар тонкий, почти невидимый. Белое платье Миланы. Свадьба. Подмена. Он напомнил ей и одновременно сделал комплимент. Ася почувствовала, как внутри поднимается прежняя боль, но теперь рядом стоял Дамир, и его присутствие почему-то не давало ей сразу провалиться.

— Белое было не мое, — сказала она.

Отец замер.

Дамир посмотрел на нее с краешком улыбки.

— А это? — спросил Виктор Сергеевич.

Ася выдержала паузу.