Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 128 – Евгений Ключников

Она глубоко вдохнула.

— Я иду, — сказала она. — Потому что если Милана сегодня будет рассказывать, что меня уже съели в лесу, я хочу увидеть ее лицо, когда она поймет, что я кусаюсь.

Дамир посмотрел на нее, и в его глазах вспыхнула та самая искра.

— Хороший мотив.

— Плохой характер.

— Сегодня пригодится.

Он вышел первым, обошел машину и открыл ей дверь.

Когда Ася ступила на дорожку, камеры действительно поднялись. Не все, но достаточно. Сначала фотографы среагировали на Дамира: короткое движение, шепот, вспышка, еще одна. Потом увидели ее. Жену. Новую. Не Милану. Лица у них изменились мгновенно — профессиональный азарт светских охотников, которым неожиданно дали добычу.

Дамир встал рядом.

Не взял ее за руку без разрешения. Просто предложил локоть.

Ася посмотрела на него. Потом вложила пальцы в сгиб его руки.

Это не было нежностью.

Это было соглашением на поле боя.

Они поднялись по ступеням вместе.

Внутри пахло цветами, дорогим алкоголем, парфюмом и полированным деревом. Холл сиял теплым светом, струнный квартет играл что-то легкое и слишком правильное, официанты скользили между гостями с бокалами, на стенах висели баннеры фонда, где красивые слова о помощи детям соседствовали с логотипами компаний, которые, возможно, когда-то зарабатывали на земле, из-за которой погиб Рустам. Ася успела заметить несколько повернувшихся голов, потом еще несколько. Волна узнавания прошла по залу быстро, почти физически. Дамир Воронцов вернулся. И не один.

— Дышите, — сказал он тихо.

— Я дышу.

— Не так, будто готовитесь ударить кого-то туфлей.

— А если понадобится?

— Начните с левой. У правой каблук острее, оставим для серьезного.

Она едва не засмеялась, но в этот момент увидела отца.

Виктор Сергеевич стоял у мраморной колонны с бокалом в руке. Рядом — Лариса Аркадьевна в темном платье цвета вина. Чуть дальше — Милана.

Милана была ослепительна. Разумеется. Платье кремового оттенка, открытые плечи, волосы мягкими волнами, бриллианты у шеи, лицо светское, хрупкое и сияющее. Она выглядела так, будто весь вечер создан для того, чтобы зрители пожалели: вот настоящая невеста, которую судьба обошла стороной. Но когда ее взгляд упал на Асю, сияние на секунду дрогнуло.

Всего на секунду.

Этого хватило.

Ася вдруг поняла, что платье было правильным. Не потому, что делало ее красивой. Потому что не позволяло выглядеть проигравшей.

Отец первым пришел в себя. Его лицо осталось спокойным, но пальцы на бокале сжались чуть сильнее. Лариса Аркадьевна окинула Асю взглядом с головы до ног, и на ее губах появилась тонкая, почти невидимая улыбка. Не одобрение. Оценка. Мачеха поняла: эту девочку сегодня не получится просто пожалеть вслух.

Милана же улыбнулась шире.

Слишком шире.

— Началось, — сказала Ася едва слышно.

— Еще нет, — ответил Дамир. — Это разминка.

Они прошли в зал.

Первые люди подошли почти сразу. Женщина из оргкомитета, которую Дамир, кажется, знал и не любил. Мужчина с седыми висками, назвавший его “Дамир Сергеевич” с таким выражением, будто произносит имя вернувшегося из ссылки хищника. Две светские дамы, которые смотрели на Асю с изысканной жалостью, тонкой как кружево. Ася отвечала коротко. Улыбалась немного. Не оправдывалась. Дамир стоял рядом, иногда говорил за двоих, иногда молчал так выразительно, что вопросы сами умирали на полпути.