Книга Брат подруги. Назови меня своей, страница 46 – Мария Абдулова

— Совсем исхудала, - недовольно цокает мама. - Скоро ветром унесёт.

— Вот сегодня с девочками поем пиццы и такой трагичный исход событий мне грозить не будет.

— А до этого что делать будешь?

— Хм…

Наобум вытягиваю из шкафа ещё и ремень и затягиваю его на талии, тем самым обрисовав её линии, убрав бесформенность и в целом добавив образу ещё больше хрупкости и женственности. Идеально!

— Ты очень красивая у меня, дочь. Смотри, чтобы не украл никто на этой выставке или не спутал с шедевром искусства.

— Это ты сейчас меня хвалишь или себя, что такой “шедевр искусства” родила?

— Одно другому не мешает, Марусь, - весело смеётся мама и обнимает на прощание. - Удачи, родная, и хорошо отдохни, договорились? Потом жду подробностей.

Распрощавшись, бегу к метро, а там, на одной из станций, встретившись с девчонками и щедро отвесив друг другу комплиментов, уже вместе несёмся в центр города.

Чтобы пройти на нужный этаж и в нужное помещение, приходится пройти несколько постов охраны, показать билеты с документами и постараться удержать челюсть от люксовости и элитарности обстановки внутри бизнес-центра. Даже мусорные вёдра, стоящие в коридорах, сияют хлеще фианитов в мои серёжках, купленных на распродаже год назад, что говорить про всё остальное? А так как для выставки выделили последний этаж, то и виды с такой высоты открывались сумасшедшие и, конечно, мы не можем сначала не прилипнуть к окнам, полюбоваться на зимний город, точнее его горящий всеми огнями центр, вдоволь наделать фото, и уже только после этого обращаем своё внимание на выставленные экспонаты.

Современное искусство, как уже известно многим, вещь неоднозначная и противоречивая, что нам и демонстрируется в виде выставленных обычного зеркала, которое по задумке автора олицетворяет собой эгоцентризм общества и зацикленность на оболочке, а не на внутреннем мире, и ещё более обычной шариковой синей ручки с пружинкой на подставке, прикреплённой к столу.

— Так… Это тоже искусство или просто стол как в МФЦ, на котором заявления пишут? - непонимающе хмурится Злата, склонив голову к плечу и осматривая сие… что-то.

— Э-э-э…

Я и Каролина действуем её примеру и тоже наклоняем головы. Усиленно думаем-думаем-думаем, а потом мне приходит гениальная мысль осмотреться в поисках таблички, на которых обычно пишут название экспоната или хотя бы имя создателя.

— Подождите, девочки, а вы видите табличку? На всех экспонатах до этого была табличка, а тут…

Принимается втроём крутить головами туда-сюда в её поисках и, не найдя, снова смотрим на стол и ручку на пружинке.

-...нет таблички, - оповещает Дёмина. - Значит, это что, просто стол с ручкой, а мы как три дуры на него пялились добрых пять минут?

Минута молчания в честь наших умственных способностей и по коридору эхом прокатывается взрыв нашего заливистого хохота.

Помимо нас людей на выставке немного, но в то же время и немало, и они недоумённо оглядывается в нашу сторону с немым вопросом “кто сюда пустил эту челядь?”, но нам настолько всё равно и настолько смешно, что мы не обращаем на них внимание и продолжаем веселиться со своей несообразительности. Я и вовсе забываю о том, что ещё вчера горько плакала, переживала и нервничала, а сегодня поссорилась с Аланкой. Так мне в моменте хорошо становится, так свободно и весело, что, сама того не заметив, отпускаю себя, не боясь выглядеть распущенно, вызывающе или, не дай Бог, неприлично.