Книга Фея и Тот Самый Один, страница 41 – Наталия Романова

Вот только сырников сестра не привозила, он и не просил. Леонид в принципе вспоминал о том, что нужно что-то есть, а дома нет больничной столовой, когда застывал у почти пустого холодильника.

Вчера же смертельно захотелось чудо-блюда и… самым волшебным образом желание исполнилось. Волшебным – иного слова не подобрать, ведь исполнила его фея по имени Фея.

Сырники оказались действительно вкусными, с румяной корочкой, кремовыми и мягкими внутри. Леонид понятия не имел, сложное это блюдо в приготовлении или нет, ему точно проще провести декомпрессию краниовертебрального перехода.

Бог с ними, с сырниками, дело всё-таки в самой Фее. Леонида тянуло к ней с огромной силой, преодолевать которую он не собирался, к тому же чувствовал взаимный интерес, видел его. Между ними искрило, несмотря на атмосферу лёгкости, которую создавала соседка.

Правда, Фея его будто бы отталкивала, но как-то не сильно, не всерьёз, словно останавливала себя, а не его. Поэтому накануне вечером, несмотря на отчаянное желание затащить соседку к себе хотя бы на полчасика, полюбоваться, не более, не стал напирать.

Леонид думал, что дело в её сыне, незнакомом ему мальчике семи лет. Совершенно закономерно и правильно, что мать не хотела впускать в жизнь своего ребёнка малознакомого человека.

Они пока были мало знакомы, просто нужно дать время освоиться, привыкнуть друг к другу, плавно перейти на следующий уровень отношений, ещё один и ещё, по нарастающей, куда выведет. Далеко идущих планов не строил, вырос из пылкой влюблённости, если в принципе в его жизни был когда-нибудь такой период, но и отступать не собирался.

В принципе, он был готов к самым серьёзным переменам в жизни, вплоть до брака, не видел никаких препятствий к оному. Один из младших братьев уже стоял на пороге развода, другой – свадьбы, а он всё разыгрывал из себя одинокого волка, вернее уж голубя одинокого, на карнизе за окном, подглядывающего одним глазом за стекло, не покормят ли сырниками.

Сын? Леонид никогда не понимал пренебрежительного отношения к матерям, оставшимся с детьми, наверное, потому что слишком часто встречал их по долгу службы. Мужчины не могли вынести и десятой доли испытаний, которые выпали на долю иных женщин. Какое право, в таком случае, мужской род имеет на пренебрежение?

В конце концов, подарить жизнь может женщина, и только женщина, технологий, способных заменить материнский организм, не придумано, потому стоило бы человечеству заткнуться и принять как должное, что женщины рожают детей.

Для него, как для мужчины, женщина с ребёнком никогда не была табу, конечно, такой расклад сулил чуть больше проблем, но скорее технического плана. Невозможно сорваться в один момент, невозможна импровизация, нужно учитывать интересы ребёнка, но если посмотреть правде в глаза – это и с Леонидом ни черта невозможно.

Это с ним невозможна импровизация, последнее, что стоит ожидать в отношении с ним – спонтанная поездка на курорт или хотя бы стоящее свидание на ближайшей базе отдыха. Это интересы его пациентов, его график необходимо брать в расчёт и понимать, что в любой момент любые планы могут полететь в тартарары.

Нужно просто дать шанс этим отношениям, для начала спокойно поговорив с Феей. Может, ничего у них не получится, кто знает, но не попробовать грешно.