Книга Не та жена. Новые ростки после измены, страница 51 – Аглая Северская

В какой-то момент она поняла что устала.

Не физически — глубже. Устала от этого перебирания прошлого, от этих ноябрей и ужинов и подписей которые она ставила не читая. Прошлое было огромным и она ковырялась в нём уже несколько месяцев — снова и снова, один и тот же материал, одна и та же история в которой она была периферией чужого замысла.

Она хотела вперёд. Она хотела чтобы это закончилось.

— Последний вопрос на сегодня, — сказал Виктор Сергеевич. Закрыл папку. — Марина Андреевна, Соколов попросил через адвоката о встрече с вами. Личной, без протокола. Вы готовы рассмотреть такую возможность?

Тишина.

Марина смотрела на него. Потом — не удержалась — посмотрела на Громова.

Он смотрел на неё. Ровно. Ждал.

— Мне нужно посоветоваться с адвокатом, — сказала она.

— Конечно, — кивнул Виктор Сергеевич.

Они вышли через другую дверь — Громов проводил её один, Виктор Сергеевич остался.

В коридоре было тихо. Они шли рядом — не как вчера когда он шёл впереди, а рядом, и она чувствовала это расстояние в полшага между ними.

— Алексей Викторович, — сказала она.

— Да.

— Показания Игоря. Они могут мне навредить?

Пауза. Та самая — рабочая, думающая.

— Светлана Юрьевна посмотрит материалы сегодня, — сказал он. — Её оценка будет точнее моей.

— Я понимаю, — сказала Марина. — Я спрашиваю вашу.

Они остановились у лифта. Он нажал кнопку. Смотрел на двери.

— Нет, — сказал он наконец. Тихо, почти для себя. — Не думаю что навредят. Вы говорили правдиво. Это видно.

Она кивнула.

Лифт открылся. Она шагнула внутрь. Обернулась.

Он стоял у дверей — в том же коридоре, в той же дистанции. Смотрел на неё.

— Спасибо, — сказала она.

Двери закрылись.

На улице она остановилась.

Холодный воздух, серое небо, декабрь. Она стояла у входа и просто дышала — медленно, давая себе минуту. Внутри было много всего — усталость, и то холодное ясное что приходило вместо злости, и что-то ещё которое она пока не называла.

Он сказал вы говорили правдиво. Это видно.

Не для протокола. Просто — сказал.

Она достала телефон. Написала Светлане Юрьевне: Можем встретиться сегодня? Есть новое.

Потом — помедлив секунду — написала Оле: Ты сегодня свободна вечером?

Убрала телефон. Пошла к метро.

Думала о встрече с Игорем которую ей предложили. О том что Виктор Сергеевич спросил ровно, без нажима, как будто это обычный вопрос. Но вопрос не был обычным. За ним стояло что-то — чего она ещё не понимала.

Зачем Игорю встреча без протокола.

Что он хочет сказать.

Или — что хочет услышать.

Метро открылось перед ней тёплым гулом и светом. Она спустилась.

И только в вагоне, когда поезд тронулся и за окном потянулась темнота тоннеля, поняла что Громов так и не ответил — навредят ли ей показания Игоря на самом деле. Сказал не думаю. Не сказал нет.

Разница между этими двумя словами была маленькой.

И очень большой одновременно.

Она позвонила ему с порога.

Ключ ещё был в замке, пальто не снято, горшочек с маминым побегом стоял на полу у ног — она не успела войти как следует, просто набрала номер.

Три гудка.

— Марина Андреевна.

— Вы писали, — сказала она. — Новость по делу.

Короткая пауза. Не рабочая — другая. Как будто он слышал что-то в её голосе и давал этому секунду.

— Да. — Пауза. — Вы дома?

— Только приехала.

— Разденьтесь сначала, — сказал он. — Это не срочно. Я же написал.