Книга Развод: Проживу без тебя!, страница 99 – Зина Зиночкина

Я перехватил её подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Прекрати, — ровно и тяжело сказал я. — Ты не гостья, Варя. Ты не захватчица. Ты приехала домой. Поняла?

Она моргнула, и в её зеленовато-серых глазах промелькнула та самая искренняя, щемящая нежность, ради которой я был готов перевернуть этот мир с ног на голову.

— Поняла.

— Идем. У меня есть кое-что для тебя.

Я провел её через прихожую в гостиную. Она, видимо, ожидала увидеть свои вещи, сложенные в углу спальни или сваленные в гардеробной, готовясь к неловкому процессу «встраивания» в чужой быт. Но я повел её мимо лестницы, прямо к светлой двери из массива сосны на первом этаже.

Я нажал на ручку и толкнул дверь.

— Заходи.

Варя сделала шаг через порог и замерла. Её сумка глухо стукнулась о мое колено, но она этого даже не заметила.

Свет, отражающийся от нержавеющей стали и полированного дуба, заливал комнату. Она переводила ошеломленный взгляд с усиленных стеллажей на кольцевые лампы, с мощных влагозащищенных розеток на систему вытяжки, которую я смонтировал под потолком.

— Артур… — её голос дрогнул и упал до шепота. — Что это?

— У тебя будет большой, шумный цех в городе, Варя, — я встал позади неё, положив руки на её вздрагивающие плечи. — Там будут работать наемные люди, там будет поток. Но управлять своей империей, разрабатывать новые рецепты и творить ты должна в тишине и комфорте. Это твой личный кабинет. Твоя лаборатория. Я сюда без стука не зайду.

Она медленно прошла к столу, провела пальцами по кромке дубовой столешницы. Я видел, как дрожит её спина. Она ожидала, что я выделю ей полку в шкафу, а я построил для неё фундамент.

В центре комнаты, на стальной поверхности, стояло нечто массивное, накрытое плотным чистым брезентом.

Варя остановилась перед ним, вопросительно оглянувшись на меня. Я кивнул.

Она потянула за край ткани. Брезент тяжело соскользнул вниз, открывая матово-черный металлический корпус.

Профессиональный планетарный миксер. Топовая, тяжеленная итальянская машина с шестеренчатым приводом и огромной чашей из нержавейки, о которой на кондитерских форумах слагали легенды. Техника, способная замесить самое крутое тесто и взбить самый нежный крем, работая сутками без перегрева. Техника, которая стоила как подержанный автомобиль.

Варя ахнула, закрыв рот обеими ладонями.

— Артур… Боже мой… Он же стоит целое состояние! Ты с ума сошел?!

— Мастеру нужен надежный инструмент, — я подошел к столу и встал напротив неё. — У меня в гараже лучшие сварочные аппараты. У тебя должна быть лучшая сталь для твоих шедевров.

Она протянула руку, почти благоговейно касаясь холодного края дежи, провела пальцем по массивному венчику и… замерла.

К стальному пруту венчика тонкой, коралловой атласной лентой была привязана маленькая бархатная коробочка темно-зеленого цвета.

Я видел, как расширились её глаза. Как она перестала дышать.

Я не стал опускаться на одно колено. Эта театральщина с посыпанием головы пеплом и пафосными жестами осталась в её прошлой жизни, у ног изменника. Я взрослый мужчина, и я стоял перед ней прямо, смотря ей в глаза, не скрывая ни своей силы, ни своей абсолютной уязвимости перед ней в этот момент.

Варя дрожащими, непослушными пальцами потянула за ленту. Коробочка легла в её ладонь.