Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 42 – Ксения Соболева

Связь оборвалась.

Татьяна осталась сидеть с телефоном у уха. Из всех разговоров за последние сутки этот оказался единственным, после которого от неё ничего не требовали: не быть мудрой, не молчать, не спасать карьеру, не верить, не выбирать родителя, не соглашаться на предложенную безопасность. Михаил даже не обещал, что всё получится. Почему-то именно это и успокаивало.

Она получила адрес через минуту. Офис находился в городе, недалеко от старого делового квартала, где Татьяна когда-то работала. Дорога от дома занимала почти полтора часа, если ехать утром. Она сразу поставила будильник на семь, потом вспомнила, что последние семь лет вставала раньше без всякого будильника, и всё равно оставила.

Остаток дня Татьяна провела странно деятельно. Она нашла старый ноутбук, включила, обнаружила десятки обновлений, которые тот требовал установить, и поставила заряжаться. Перебрала шкаф, отложила тёмные брюки и две блузки, которые ещё выглядели прилично. Потом открыла старую папку с рабочими документами и почти час листала записи, не пытаясь учиться, а просто вспоминая собственный почерк, систему пометок, привычку обводить цифры кружком. Многие термины узнавались, некоторые казались дальними родственниками, чьи лица знакомы, но имена ускользают.

Вадим вернулся после восьми.

Татьяна услышала машину и не вышла. Она сидела в кабинете перед ноутбуком и пыталась вспомнить пароль от старой программы, когда муж постучал в открытую дверь костяшками пальцев. В руках у него снова была папка, только уже другая — светло-серая.

— Можно? — спросил он.

Татьяна посмотрела на дверь.

— Ты уже вошёл.

Вадим проигнорировал замечание и положил папку на стол рядом с ноутбуком.

— Я попросил немного пересмотреть условия. Раз уж тебя так задела финансовая часть.

— Меня задела не финансовая часть.

— Тем не менее я увеличил ежемесячную сумму примерно на пятнадцать процентов. И готов отдельно оплатить переезд и первые расходы по квартире.

Татьяна закрыла ноутбук.

— Ты решил, что я торгуюсь.

— Я решил, что тебе важно чувствовать себя защищённой.

— Сегодня утром ты закрыл карту.

— Потому что мы разделяем финансы.

— А вечером увеличил содержание.

— Потому что не хочу, чтобы ты воспринимала разделение финансов как попытку давления.

Татьяна несколько секунд смотрела на мужа, потом открыла серую папку. Первые страницы действительно почти повторяли прежние, только сумма стала больше. Некоторые пункты переформулировали мягче. В разделе о публичности появилось предложение о том, что будущие материалы должны учитывать «эмоциональную готовность обеих сторон». Ничего о сегодняшнем заявлении, уже опубликованном без её участия, разумеется, не было.

— Быстро работают, — заметила Татьяна.

— Это несложно.

— Кира?

— В том числе.

Она закрыла папку.

Вадим нахмурился.

— Ты даже не прочитала.

— Мне хватило.

— Тань, сумма реально хорошая.

— Я не подпишу.

Он замер. В первый момент на лице появилась не злость, а почти искреннее непонимание.

— Сегодня?

— Вообще.

— Ты сейчас говоришь на эмоциях.

— Нет.

— Тогда объясни.

Татьяна положила обе ладони поверх серой папки.

— Потому что я не согласна с тем, что написано. Я не соглашалась заранее на развод. Не соглашалась, что третьих лиц нет. Не соглашалась использовать нашу семью в рекламе. Не соглашалась отдавать тебе дом только потому, что ты решил, будто мне он не нужен. И не хочу десять лет получать от тебя сумму, которую ты можешь увеличивать или уменьшать в зависимости от того, насколько хорошо я себя веду.