Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 31 – Ксения Соболева

Татьяна перестала читать.

Последний пункт будто ударил сильнее всего.

Дарья.

Он уже поместил туда и Дарью.

Не только жену. Всю семью.

Галина Павловна тоже присутствовала, хоть и без имени: «период ухода за тяжело больным родственником». Семь лет чужой болезни превратились в аккуратное обстоятельство, объясняющее, почему два зрелых человека якобы спокойно отложили заранее согласованный развод.

Татьяна поднялась, подошла к холодильнику и достала бутылку воды. Руки уже не дрожали. Она налила стакан и выпила почти весь, не отрываясь.

Сверху послышались шаги Вадима. Он спустился в домашней футболке и брюках, с мокрыми после душа волосами. Увидев открытую папку и разложенные листы, остановился на последней ступени.

— Решила всё-таки почитать? — спросил он.

Татьяна поставила стакан.

— Да.

Вадим подошёл ближе.

— Если какие-то формулировки непонятны, завтра можешь поговорить…

— Я понимаю формулировки.

Он заметил лист с вопросами.

— Тань, только не превращай это в бухгалтерскую проверку.

Она посмотрела на него.

Раньше эта фраза могла бы прозвучать как шутка. Теперь Татьяна услышала другое: не смотри внимательно.

— Почему? — спросила она. — Боишься, что найду ошибку?

— Я боюсь, что ты начнёшь цепляться к каждой строчке только потому, что злишься.

— Возможно.

Вадим нахмурился и потянулся к листу с публичными принципами, но Татьяна положила ладонь сверху.

— Нет.

Он остановился.

— Что «нет»?

— Не забирай. Я ещё не дочитала.

— Я не собирался забирать.

— Тогда хорошо.

Вадим несколько секунд смотрел на неё, потом медленно убрал руку.

— У тебя два дня с небольшим.

— Я помню.

— И, Тань, не разговаривай пока ни с кем из журналистов. Если позвонят после эфира, просто перенаправляй к Кире или моей помощнице.

Татьяна посмотрела на лежащий перед ней лист.

— Ты уже всем всё объяснил, Вадим.

Он нахмурился.

— Что?

— Дарье объяснил. Кире объяснил. Людям, которые готовили эти бумаги, объяснил. Телевидению, видимо, тоже какую-то версию уже подготовил. Даже мне написал, что именно я должна думать о нашем браке после развода.

— Не драматизируй.

— Я не драматизирую. Я читаю.

Она опустила взгляд на документ и провела пальцем по четвёртому пункту.

— «Семья заранее обсудила переход к новой жизни после окончания периода ухода за тяжело больным родственником». Это ты написал?

— Это рабочая формулировка.

— Я спросила, ты написал?

— Мы с Кирой и командой обсуждали коммуникацию.

— Конечно.

Вадим раздражённо выдохнул.

— Тань, ты сейчас пытаешься увидеть заговор там, где люди просто готовятся к сложной публичной ситуации.

— Сложная публичная ситуация появилась потому, что ты решил превратить развод в рекламу.

— Проект существовал раньше.

— А наш развод?

Он снова замолчал.

Татьяна кивнула.

— Вот и я хочу понять, что появилось раньше.

— Опять возвращаемся к датам?

— Теперь да.

— Я уже сказал, что не собираюсь сегодня…

— Не надо. Сегодня я больше спрашивать не буду.

Это неожиданно остановило Вадима сильнее, чем очередной спор. Он пристально посмотрел на жену.

— Хорошо.

— Доброй ночи.

— Ты идёшь спать?

Татьяна посмотрела на лестницу, потом на кабинет.

— Не с тобой.

Вадим сжал губы.

— Мы можем нормально прожить эти несколько дней, пока всё не решится.

— Оно уже решилось. Ты сам сказал.

— Я имею в виду бытовую сторону.