Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 25 – Ксения Соболева

— Ответь, — сказал Вадим, снова потянув к себе тарелку. — Она переживает.

Татьяна перевела взгляд с телефона на мужа.

— Ты ей сказал, что я знаю?

Вадим сделал короткую паузу.

— Написал после разговора.

— Конечно.

Телефон продолжал вибрировать. Татьяна взяла его и вышла из кухни, не желая говорить с дочерью под взглядом Вадима. Прошла в гостиную, но там кресло Галины Павловны оказалось слишком близко, поэтому двинулась дальше, в маленький кабинет, который когда-то был её рабочей комнатой. Теперь здесь стояли коробки, старый принтер и несколько папок с медицинскими документами свекрови. Татьяна закрыла дверь и только тогда ответила.

— Да, Даш.

На другом конце несколько секунд слышалось только дыхание. Потом дочь произнесла осторожно:

— Мам, ты как?

Простой вопрос едва не сломал всё самообладание, которое Татьяна удерживала с самой студии. Она прижала свободную руку ко лбу.

— Не знаю. Хороший вопрос.

— Папа сказал, вы поговорили.

— Поговорили.

— Я… — Дарья замолчала, и Татьяна услышала шорох. Возможно, дочь села или поправила подушку. Беременность уже вошла в последние месяцы, и в последнее время она постоянно жаловалась, что не может удобно устроиться ни стоя, ни сидя. — Мам, я не знала, что он скажет именно сегодня. Если ты думаешь, что я знала про студию и всё это…

— Ты знала про развод.

Дарья замолчала.

Татьяна прикрыла глаза.

— Несколько недель.

— Папа сказал, что вы договорились, — наконец ответила дочь. — Я думала, ты знаешь. То есть он сказал, что вы давно это обсуждаете.

Вот оно. Не просто молчание. Другая история.

— Что именно он тебе сказал? — спросила Татьяна, и собственный голос показался ей чужим.

— Мам, может, не сейчас?

— Сейчас, Даша.

— Ты расстроена.

— Поэтому я хочу понимать, что происходит.

Дарья тяжело выдохнула.

— Он сказал, что вы давно живёте скорее как родственники. Что из-за бабушки не хотели ничего менять, потому что ей было бы тяжело. Что ты сама просила отложить официальный развод до… до конца.

Последнее слово дочь произнесла тихо.

Татьяна медленно опустилась в старое офисное кресло. Оно скрипнуло под ней. Перед глазами стоял пыльный стол, на котором ещё лежала подставка для ручек, подаренная сотрудниками на её сорокапятилетие. За этим столом она когда-то работала по вечерам, прежде чем окончательно уволиться.

— До её смерти, — произнесла Татьяна.

— Да.

— Я просила отложить развод до смерти Галины Павловны.

— Папа сказал, что вы оба решили не травмировать бабушку.

Татьяна прижала пальцы к губам. Вадим не просто рассказал дочери заранее. Он вложил ей в голову историю, в которой Татьяна сама участвовала в подготовке собственного развода. Теперь любой её протест заранее выглядел отказом от собственных слов.

— Даша, — сказала она очень медленно, — я сегодня впервые услышала, что твой отец хочет развестись.

На другом конце наступила тишина.

— Мам…

— Сегодня. После программы. Он отвёл меня в пустую студию, положил передо мной бумаги и сказал, что подал на развод.

— Но это не может быть.

— Почему?

— Потому что папа… — Дарья замялась. — Он говорил совсем другое.

— Я уже поняла.

— Может, вы просто по-разному воспринимали разговоры? — предположила дочь, и от этой фразы Татьяне стало физически больно. — Ну, знаешь, иногда люди обсуждают, что всё плохо, что надо разойтись, а один думает, что это решение, другой…