Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 157 – Ксения Соболева

Он сжал губы.

— Очень удобная формулировка.

— Возможно.

Вадим коротко рассмеялся.

— Всё ещё говоришь это.

— Иногда.

Они прошли по дому.

Не вместе специально.

Просто оба проверяли помещения.

На кухне не осталось ничего, кроме старого стула у стены. В спальне матрас увезли утром, шкафы были пустыми, на полу виднелись полосы, где стояла мебель. Татьяна открыла дверь ванной и сразу закрыла.

Последней оставалась комната Галины Павловны.

Окно было открыто.

Холодный воздух двигал тюль, который новые хозяева попросили оставить до ремонта. Пахло пылью и сырой землёй из сада.

Татьяна вошла.

Комната выглядела меньше без кровати и комода.

Вадим остановился у двери.

— Даша забрала её платки? — спросил он.

— Да.

— Телефон?

— У меня.

— Зачем?

Татьяна посмотрела.

Он чуть улыбнулся.

— Ладно. Привычка.

Татьяна подошла к окну.

В саду виднелась дорожка, по которой Галина Павловна когда-то ходила сама. Потом с палкой. Потом под руку. Потом перестала.

— Я часто думаю о ней, — сказал Вадим.

— Я тоже.

— Думаешь, она бы меня ненавидела?

Татьяна повернулась.

— Не знаю.

— Она любила тебя.

— И тебя.

— Иногда мне кажется, тебя больше.

— Это неправда.

Вадим посмотрел на пустое место, где стояла кровать.

— Последние годы точно.

Татьяна почувствовала старую боль.

— Она зависела от меня.

— Да.

— Это не то же самое.

Вадим кивнул.

— Я правда думал, что делаю правильно.

— Что именно?

— Не говорю тебе.

Татьяна молчала.

— Пока мама жива, — продолжил он. — Думал, если всё сломать сразу, станет хуже всем. Ей. Тебе. Мне. Даше.

— Кире?

Он усмехнулся.

— Ей тоже.

— Честно.

— Теперь уже можно.

Татьяна посмотрела на него.

— А потом?

— Что потом?

— После смерти мамы. Почему ещё четыре месяца?

Вадим отвёл глаза к окну.

— Боялся.

Ответ оказался неожиданным.

— Чего?

— Тебя.

Татьяна подняла брови.

— Не физически, — он усмехнулся. — Твоей реакции. Того, что придётся признать, насколько всё далеко зашло. Проект тогда как раз собирался. Кира давила. Даша уже что-то подозревала. Я всё время думал, что ещё неделю подготовлю нормально.

Татьяна почувствовала знакомое холодное понимание.

— И подготовил папку.

— Да.

— На три дня.

— Да.

— Потому что считал, что этого достаточно.

Вадим помолчал.

— Считал.

Татьяна кивнула.

— Вот.

— Что?

— Ничего нового.

Он усмехнулся.

— Ты действительно изменилась.

— Надеюсь.

Они вышли из комнаты.

В гостиной Татьяна подошла к сумке и достала тёмно-синюю папку.

Вадим увидел и замер.

— Ты её сохранила?

— Да.

— Зачем?

— Не знаю.

Папка была та самая.

Первая.

Угол немного помялся, потому что она таскала её несколько недель, потом хранила в ящике у Лены, потом перевезла в новую квартиру вместе с документами. Внутри лежало первоначальное соглашение: квартира, десять лет выплат, дом Вадиму, красивое публичное участие Татьяны, отсутствие третьих лиц.

Ни одной подписи.

Татьяна протянула.

— Возьми.

Вадим не сразу взял.

— Мне не нужна.

— Мне тоже.

Он всё-таки принял.

Открыл.

Перелистал.

Усмехнулся.

— Какие суммы.

— Ты потом предлагал больше.

— Да.

— Не помогло.

— Нет.

Вадим закрыл папку.

— Я был уверен, что ты подпишешь.

Татьяна посмотрела.

— Знаю.

— Не потому что считал тебя слабой.

— А почему?

Он задумался.

— Потому что ты всегда выбирала стабильность.

— Раньше.

— И потому что думал: ты не станешь разрушать семью окончательно из принципа.