Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 123 – Ксения Соболева

— Вы сейчас опять сравниваете, — сказала Марина однажды, поймав её взгляд. Она сидела напротив с чашкой кофе, перебирала несколько строк на экране и даже не повернула головы до конца, будто мысль Татьяны можно было определить по отражению в мониторе. — У вас лицо становится такое специальное.

— Какое ещё специальное? — спросила Татьяна, отодвинув клавиатуру.

— «Двадцать лет назад я бы сделала это быстрее». Примерно так.

— Не двадцать.

— Хорошо, семь.

— Я не думала.

Марина усмехнулась.

— Тогда ещё хуже. Значит, у вас лицо живёт отдельно.

Татьяна хотела возразить, но вместо этого посмотрела на экран девушки.

— Покажи, как ты это свернула в одну таблицу.

— С удовольствием. Но только если после этого вы не будете изображать, что должны были сами догадаться.

— Договорились.

Марина подвинула стул и показала.

Такие просьбы стали привычнее. Первые недели Татьяна всё ещё внутренне сопротивлялась каждый раз, когда приходилось спрашивать человека младше Дарьи о какой-нибудь функции. Потом поняла, что гордость отнимает больше времени, чем незнание. Марина тоже изменила отношение: перестала объяснять с осторожностью человека, боящегося задеть возраст, могла спокойно сказать «нет, здесь вы опять делаете лишнее» или забрать мышь и показать быстрее. Их рабочее общение становилось нормальным именно потому, что обе перестали обращать внимание на разницу в возрасте как на главную характеристику.

Первую серьёзную ошибку Татьяна допустила в конце месяца.

Ничего катастрофического. Никто не потерял огромные деньги, не обанкротился и не вызвал полицию. Но ошибка была достаточно заметной, чтобы её пришлось исправлять не одной. Татьяна готовила часть материалов для клиента, который собирался использовать данные на встрече с партнёрами. В одном из расчётов она взяла обновлённый показатель из новой версии документа, но не заметила, что старый коэффициент остался в соседнем разделе. Разница была не огромной, однако дальше значение использовалось ещё в нескольких таблицах и постепенно росло. Татьяна закончила работу вечером, передала файл, а утром клиент позвонил и почти сразу спросил, почему итоговая сумма отличается от той, которую его сотрудник получил при собственной проверке.

Она сначала решила, что ошибается клиент.

Потом проверила.

Увидела.

И несколько секунд сидела, чувствуя, как знакомый холод идёт от живота к груди.

Марина подошла первой.

— Что?

Татьяна не ответила.

— Татьяна?

— Ошибка.

— Где?

Она показала.

Марина быстро посмотрела, потом позвала Ольгу. Через несколько минут вокруг стола уже стояли три человека. Михаил вышел из кабинета и тоже подошёл, но ничего не говорил, пока остальные проверяли цепочку.

— Да, — сказала Ольга. — Тут всё поползло отсюда.

Татьяна почувствовала, как лицо горит.

— Это я.

Никто не ответил.

— Я оставила старый коэффициент, — продолжила она. — Вчера вечером.

Михаил посмотрел на неё.

— Хорошо. Что дальше?

Вопрос удивил.

— В каком смысле?

— В прямом. Ошибка есть. Что делаем?

Татьяна посмотрела на экран.

— Пересчитываем всё после этого места.

— Сколько времени?

Марина быстро прикинула.

— Если вдвоём, часа два.

— Трое, — сказала Татьяна.

Ольга кивнула.

— Клиенту надо сообщить сейчас.

Татьяна почувствовала желание исчезнуть. Старая версия себя немедленно предложила несколько вариантов: Михаил поговорит сам, Ольга скажет, что произошла техническая ошибка, потом Татьяна тихо исправит и больше никогда не повторит. Но клиент уже утром разговаривал именно с ней. Ошибка была её.