Книга Шпора на сердце, страница 49 – Лисавета Челищева

Внезапно он повернулся и смахнул всё со стола на пол. Я отскочила, когда небольшая стеклянная ваза, стоявшая в углу, разбилась на тысячу осколков.

Я шагнула вперёд, чтобы успокоить его, но Даниил лишь покачал головой. Я увидела своё лицо в осколках разбитого стекла. Это было не впервой.

— Убирайся.

— Даниил Викторович…

У меня не было слов. Низкий, раскатистый голос был предупреждением, и мне не нужно было говорить дважды.

Я повернулась, вышла из его кабинета, как делала это каждый раз, когда мы расходились во мнениях, потому что знала, что ни один из нас не уступит.

Я пересекла пустые университетские коридоры и выбежала на улицу. Глотнула свежий воздух, как будто задыхалась целую вечность.

Что мне теперь делать?

Я огляделась вокруг и заметила, что парковка посетителей университета опустела. Парковка для преподавателей была за главным корпусом. Рядом стояло несколько машин, а остальные принадлежали местной студенческой спортивной организации.

Я пошла в противоположную сторону от этих машин. Достала телефон из кармана, чтобы проверить время, и тут я услышала, как кто-то нетерпеливо сигналит мне.

Что за? Я же никому не мешаю…

Я обернулась и увидела, как Даниил смотрит на меня из машины с каменным выражением лица.

Он открыл пассажирскую дверь и огляделся, прежде чем я села в машину.

Я понятия не имела, что делаю. А ещё больше я не понимала, зачем ему это.

Даниил отвёз нас далеко от территории университета. Я спрятала лицо за сумкой, пока мы проезжали знакомые места, где студенты тусовались после пар, потому что никогда не знаешь, кто за тобой наблюдает. Я ни о чём не спрашивала его, куда мы едем. Я просто смотрела, как мелькают дороги, деревья машут мне на прощание голыми ветками, а облака выглядят как идеальное место, чтобы спрятаться в них мыслями.

Ни слова не было произнесено между нами во время всей поездки.

Через несколько минут он заехал в свой двор, и я почувствовала безрассудную смелость. В темноте у меня меньше нервов, ведь секреты всегда прячутся в тени.

Даниил открыл мне дверцу и вытащил меня из машины, схватив за руку. Я вонзила ногти в его руку, чтобы помешать ему тащить меня через весь двор, но он не отпускал меня. Я пустила бы ему кровь, если бы он не отпустил меня, прежде чем мы вошли в парадную.

Мы очень быстро поднялись на его этаж. Я споткнулась о его порог в прихожей. Но ещё до того, как я успела среагировать, он вытащил шпильки из моего пучка, и его рука освободила мои волосы от этого узла. Его гнев затих, и я мысленно возненавидела, как он умеет заставить меня нервничать.

В комнате витал такой заряд враждебной энергии, какого я никогда раньше не испытывала. Он прижал меня спиной к стене, приблизив своё лицо к моему.

— Слушай сюда. Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, когда судишь меня. Я не тащу в постель каждую юбку. Но я люблю, когда они сами тянутся. Я люблю эту охоту. Это моя слабость, я знаю. Я пытался с этим бороться годами. Пытался держать себя в руках, не дать этому дерьму вылезти наружу. А потом ты. Ты села передо мной и просто… уставилась на меня. Словно я — единственный, кого ты хочешь. И я понял: либо я сломаюсь, либо сделаю это с тобой. Когда я говорил тебе про угрозы — я именно это и имел в виду. Я заставлю тебя кричать — от удовольствия, от боли, от всего сразу. И ты будешь умолять, чтобы я не останавливался. А теперь… последний раз. Говори. Насколько хорошо ты знаешь моего брата?